Она невольно придвинулась к Иралю, готовая в любой момент броситься на защиту, чтобы выпалить заранее приготовленные слова. Про ушедших, про двадцать дней и про имплементацию. Вместо этого Ираль шагнул с трапа, протянул руку капитану. Наталья замерла — вот сейчас будут полевые наручники и арест «Что он делает?!»… Мгновение. Второе… И капитан с почтением пожал протянутую руку. — Большая честь для меня, сено́м Адальяр. Наталья, конечно, помнила, что они находятся на борту линкора «Адальяр», дважды повторенное в речи капитана слово, конечно, могло означать только одно — им здесь рады. «Сеном — это, очевидно, гость, гость линкора «Адальяр»», — предположила девушка, чувствуя, как холод под грудью чуть отпускает, позволяя дышать. Ираль шагнул к гермопереборке стыковочного модуля, миновал трапы замерших в боевой готовности остроносых шлюпок и штурмовых катеров. Черно-золотые эмблемы, повторявшие нагрудные шевроны капитана и встречавших офицеров, на их бортах сверкали мрачно и неприветливо. Яч