Сейчас уже сложно представить себе мир без Интернета, мессенджеров и мобильных телефонов. Но такое время в России было. Моя заря увлечения хип-хопом пришлась как раз на такое время.
Всю информацию о рэпе и его исполнителях я получал главным образом из журнала «Ровесник», «Cool», газет типа «Я-молодой» и телевизионных передач типа «Башня». Также мною скупались все аудиокассеты с рэпом и даже подобием его. Культурного «разносола» особо не было, и поэтому я был одинаково рад альбомам Gravediggaz c Luniz и альбомам Papa Bear или Down Law. Безусловно, несмотря на эту всеядность, собственный вкус все же начинал формироваться и я уже в дальнейшем по обложке кассеты или диска мог судить о содержимом альбома, о его предполагаемом звуке и о том, надо ли его вообще «брать».
Уже тогда я стал отдавать предпочтение «нью-йоркскому» звуку рэпа, так называемому boombap, который характеризовался минималистичностью, глубоким басом, джазовыми сэмплами, мощной линией ударных и жесткими, скоростными голосовыми партиями.
Звук Лос-Анджелеса (плавный, размеренный и мелодичный) я стал ценить позднее. На тот момент мне катастрофически не хватало общения с рэперами. Говоря проще, его вообще не было, по причине того, рэперов (именно, как исполнителей) на Урале было мало. Думаю, что если брать те же 1997-1998 гг. их на весь Урал было не более 100 человек, хотя, думается, что эта цифра изрядно мной завышена.
Первый коннект с единомышленниками я установил в 1998 г., когда в одной из челябинских газет я увидел материал о Центре Хип-Хоп Культуры, который основала челябинская группировка «Ghetto Blasta». Само знакомство с тамошними рэперами заслуживает отдельной публикации, но если говорить обзорно, то мной сейчас же был куплен билет до Челябинска, в нем найдена ул. Энтузиастов, на ней Центр Современного Искусства «Монолит», а нем непосредственно обнаружены те самые раперы (как я тогда называл рэперов), внешних вид коих лишь отдаленно напоминал афро-американские образцы.
Местные пацаны не сильно любили «определялово» и лишь кепки Kangol да строгие черные пуховики свидетельствовали об их причастности к рэпу. От них я узнал много новых имен в рэпе, получил кассету в видеоклипами, их собственные аудиозаписями и вообще более полное представление о рэпе.
В дальнейшем также мной был установлен коннект с рэп-группой Снигеры из Снежинска, хотя, личное общение носило непродолжительный характер. Но они мне выслали по почте целый каталог тех записей, что у них были.
И уже по этому каталогу я на различных аудиоразвалах, базарах, магазинах я целенаправленно искал группы и исполнителей из этого каталога.
Самую же отчаянную меру по установлению связей с единомышленниками уже у себя в городе Златоусте я предпринял в марте 2000 года, когда мной были расклеены по всем остановкам города мои рукописные листовки-объявления о сборе всех рэперов г. Златоуста около мемориала павшим воинам на проспекте Гагарина. Все листовки мною были оформлены фломастером в стиле "граффити" и их было много.
На встречу пришло трое людей, считая меня. Серега Смит с Машзавода, Мук с Демидовки и я, Большой Друг (Алмаз Борцов) с Ж/Д Вокзала…
Именно такие моменты в жизни являются наиболее ценными. Ты видишь, что в результате твоих действий создается твоя личная история…
Делайте свою историю, друзья! Делайте для этого все возможное, а возможности найдутся!