Масло для английской королевы
Продолжение статьи. Начало см. ссылка
Появление Транссибирской магистрали для некоторых городов обернулось настоящим крахом. Тобольск, Томск, Кяхта утратили свое былое значение и величие. А вот Каинску только подфартило. Хотя он тоже оказался в стороне от железной дороги. Но для купеческого городка в Барабинской степи это не стало таким ударом. Он в это время переживал свою собственную «золотую лихорадку». Только не меховую, как в Мангазее, и не чайную, а… масляную.
На гербе Каинска, который пожаловала городу еще Екатерина Великая, изображен золотой бык в зеленом поле. Уже в те далекие времена окрестные степи славились своим скотоводством.
Считалось, что здесь, в Барабе, особый состав, «избыточество и доброта» трав, поэтому местные коровы дают молоко какой-то необыкновенной жирности. Именно в этом и заключался секрет знаменитого барабинского масла, которое в начале прошлого века завоевало все европейские рынки и даже поставлялось к царскому двору. Причем не только к российскому — рассказывают, что даже в Англии королева Виктория требовала себе к завтраку исключительно сибирский - продукт.
Первую в наших краях маслобойню запустили не то в Омске, не то в Тобольске, и было это еще в 1860-х годах. Однако настоящий бум сибирского масла начался именно со строительства железной дороги. Оказалось, что оно пользуется в Европе огромным спросом. Вологодское, ярославское, костромское шло на внутренний рынок. А барабинское поставляли главным образом за рубеж.
К началу ХХ столетия на пространстве от Тюмени до Красноярска насчитывалось уже 275 маслобойных заводов, и каждый третий из них — в Каинском уезде. Маленький заштатный городок с населением в пять тысяч жителей соперничал с такими крупными центрами, как Барнаул и Омск.
Жители Каинска открыли для себя золотую жилу. Маслоделие оказалось столь выгодным делом, что им бросились заниматься все подряд — крестьяне, чиновники, школьные учителя и даже священники.
Самые продвинутые купцы уже не просто отдавали товар посредникам, а открывали собственные торговые конторы в европейских столицах — Гамбурге, Лондоне… И город стремительно богател. Недаром одна из его улиц до сих пор носит название Миллионная — на масле, как и на чае, в то время можно было заработать немалый капитал.
Каждую пятницу из Сибири на запад отправлялся «масляный поезд». Масло упаковывалось в буковые бочонки, натертые внутри солью и выложенные пергаментом. А для лучшей сохранности рядом ставили огромные кадки со льдом. Дорога к европейскому потребителю занимала 12 дней, так что лед на станциях по пути следования приходилось постоянно заменять.
Самый лучший сорт барабинского масла (а всего сортов было двадцать восемь) назывался «Белый лебедь». В нем было 86 % жира и всего полтора процента воды — такое масло называлось «сухим». И продавалось оно на товарной бирже по 15 рублей за пуд. Почти на всех международных выставках — в Париже, Вене, Лондоне, Марселе — это масло занимало первые - места.
Популярность сибирского продукта была столь высока, что испугались даже датчане — признанные лидеры сливочного рынка. Они распустили слухи, будто бы сибиряки добавляют в свое масло свиной жир и подкладывают в бочонки камни для большего веса. Разгорелся скандал.
Впрочем, противостоять этому «черному пиару» оказалось несложно: достаточно было обратиться в независимую лабораторию, и беспристрастная экспертиза вновь доказала непревзойденное качество русского продукта.
Английские, датские, голландские торговцы скупали сибирское масло, меняли российскую упаковку на иностранную и продавали под своим именем. Однако, несмотря на происки конкурентов, экспорт сибирского масла продолжал расти просто потрясающими темпами. Всего за несколько лет он увеличился в три (!) раза. В 1911 году Россия по этому показателю занимала уже второе место в мире (все-таки Дания, как лидер рынка, нас чуть-чуть обгоняла). И премьер Петр Столыпин открыто признавал, что «сибирское маслоделие дает золота вдвое больше, чем сибирская золотая промышленность»…
Неизвестно, как бы дальше стали разворачиваться события, возможно, нашим производителям предстояло захватить все мировые рынки и сегодня барабинское масло считалось бы таким же признанным брендом, как голландский сыр и французское шампанское. Но наступил 1914 год, и разразившаяся война смешала все карты. Торговые связи с Западом были оборваны, европейский рынок оказался утерян.
Да и в самой России разворачивались не самые радостные события. Маслобойни в Каинске закрывались, а те люди, которые еще недавно осваивали это дело, занимались уже совсем другими вещами. Вершили революцию, погибали в Гражданской войне, боролись со скрытыми врагами советской власти. И Каинск, которому могла быть уготована судьба одного из главных сливочных центров страны, так и остался заштатным провинциальным городком.
Кстати, если вы захотите сейчас отыскать Каинск на карте — не тратьте время. В тридцатых годах его переименовали в Куйбышев — в честь известного революционера, отбывавшего там когда-то царскую ссылку. Носят другие названия и многие улицы города. А вот Миллионная осталась. И масло в окрестных деревнях еще делают.
Сравнится ли оно по вкусу с тем знаменитым «Белым лебедем»? Превосходит или нет по качеству датское и английское? Кто ж его знает! Ведь барабинские маслобои на выставки в Лондон уже не ездят.
Статья Павла Кожухова «Города, унесенные ветром»
Журнал «Неизвестная Сибирь» №20
Еще больше статей на нашем сайте - Неизвестная Сибирь: журнал о настоящем.