Приехав от Марины и Ивана, Ольга не стала рассказывать родителям о проблеме со здоровьем Марины – так она просила:
- Оля, не говори ничего, пока я не узнаю точно, что со мной. Зачем беспокоить стариков заранее? Может быть, все обойдется? А папа после инфаркта...
Ольга обещала не говорить родителям, но сама очень беспокоилась за сводную сестру. Она позвонила своей знакомой – врачу-гинекологу и рассказала все, что узнала о состоянии Марины. Та выслушала ее, но сразу сказала:
- Ты же понимаешь не хуже меня, что только обследование может дать ответ на все наши вопросы. Ей необходимо пройти это обследование и как можно скорее.
Ольга вздохнула. Она и сама все это знала, но тревога заставляла ее обращаться с вопросами. Уезжая, она взяла с Марины обещание обязательно пойти к врачу, сдать все анализы, а показания онкомаркеров прислать ей – она покажет их кому следует. Марина обещала – она сама понимала, что ее жизнь теперь принадлежит не только ей. Укладывая Дашу, она не могла представить, что ее малышка может лишиться матери...
В конце января она попросила в своей поликлинике направление в областной центр к онкологу. Пожилая врач-терапевт проворчала что-то вроде того, что все лезут в область, будто здесь нет врачей. Марина не ответила на это ворчание и, взяв один день отпуска, поехала в область. Ей повезло: доктор принял ее в тот же день, а не назначил прием в другой. Он очень внимательно осматривал и расспрашивал Марину, направил на анализы, ответив на вопрос о наследственности:
- Это, конечно, существенно, но не обязательно. Если бы все было так, как мы знаем, то уже большая часть женщин страдала бы от этого заболевания. Главное - вовремя распознать и остановить. Давайте не будем прогнозировать худшее, просто проведем обследование.
Марина приехала домой уже к концу дня, успев забрать Дашу из яслей. Сегодня она не говорила мужу о том, куда едет и зачем. Но поездка должна повториться через некоторое время, и Марина решила не говорить Ивану, пока все не выяснит все окончательно. Однако вечером ее ждал вопрос мужа:
- Ты была сегодня на работе?
Марина поняла, что нужно рассказать.
- Нет, Ваня, я ездила в область.
- Зачем? Почему мне не сказала?
В голосе Ивана прозвучало недоверие.
- Я ездила в областной онкоцентр, - выдохнула Марина. – Я не хотела тебе рассказывать, пока все не узнаю.
Иван подошел к жене, заглянул ей в глаза.
- Значит, ты считаешь, что мне не обязательно знать о твоем состоянии? Что ж, хорошая у нас семья, - проговорил он с горькой иронией. – Или ты думала, что мне это знать не положено?
- Нет, Ваня,- попыталась оправдаться Марина, - просто я много слышала, что женщина становится не очень... – она запнулась, - не очень желанной для мужа...
Иван вышел в кухню, закурил. Он вдруг осознал, что может потерять Марину. Он, конечно, не вникал в то, от чего умерла ее мать, но вдруг отчетливо понял, что это теперь связано с Мариной.
- Ты должна сейчас начать обследование. Я добьюсь, чтобы тебя положили в госпиталь – там есть хорошие специалисты. Как ты могла скрывать это от меня? – упрекнул Иван жену.
- Мне показалось, Ваня, что в какое-то время мы стали тебе не нужны, что у тебя есть...
- Я уже говорил тебе, что никого у меня нет! И давай закончим эту тему!
Он обнял жену, и они стояли, прижавшись друг к другу, словно стараясь оградить от беды свою семью.
В кухню выглянул Вася.
- Чего это вы обнимаетесь? – спросил он. – Что-то случилось?
- А почему ты решил, что родные люди могут обниматься только если что-то случается? – ответил ему отец. – Мы с мамой любим друг друга, вот и все. И у нас есть вы с Дашуткой, мы любим вас.
Вася хмыкнул и прошел к холодильнику. Он достал бутылку молока, взял булочку и хотел идти в свою комнату.
- Вася, поешь здесь, за столом, - остановила его Марина.
- Ну вот, а говорят, что любят, - проворчал Вася и сел за стол.
Марина и Иван переглянулись и улыбнулись: сын растет с характером!
Февраль и март прошел в тревогах, но к концу марта Марина получила заключение: «злокачественных новообразований не выявлено». Они вздохнули свободно, хотя тревога все же оставалась.
А в селе назревали перемены. Мельников вызвал парторга, спросил:
- Ну что, политрук, пора собирать людей? Нужно представлять нового директора. Как ты думаешь, в эту субботу сможем провести собрание?
- Виктор Петрович, так ведь это первое апреля! Народ подумает, что это шутка.
- Ну тогда проведем в воскресенье второго, чтоб не думали, что мы шутим. Да в воскресенье и лучше, народ посвободнее будет.
Мельников встал, хлопнул ладонью по столу:
- На том и порешим! Но подготовиться нужно так, чтобы нам поверили, чтобы приняли Александра Андреевича!
Мельников позвонил в райком, сообщил, что выборы будут в воскресенье. Первый ответил, что он готов приехать, хотя уже надеялся, что Мельников передумал.
- А я думал, что ты остаешься, не звонишь. Ну ладно, если решил, то пусть так и будет!
В воскресенье в доме культуры собирался народ. Стояли группами, обсуждали повестку дня, которая значилась на афише перед входом. Конечно, многие уже слышали о том, кого предложат директором совхоза, но многие были не согласны с этим.
- Так, как при Петровиче, мы жить не будем! – громко говорила Катерина. – Молодые, они, конечно, грамотные, не то, что мы, но с людями работать нужно уметь!
- Так ты ж уже пенсионерка, чего с тобой работать? – отвечала ей Наталья, - это нам нужно беспокоиться, нам еще до пенсии дожить нужно.
- А чего бояться, Андреич - мужик нормальный, главное – болеет за дело! – говорили в кругу мужчин.
Наконец всех пригласили в зал: приехало районное начальство.
На сцене стоял стол, накрытый красной скатертью, на которой стоял графин с водой и стакан – все как положено на собрании. За столом сидели Мельников, Осипович, парторг и, конечно районное начальство. Мельников оглядел зал. Он не увидел завгара – Анатолия не было в зале.