Жена стала раздражать. Всегда было хорошо, а тут стала раздражать. До такой степени, что хочется закричать и затопать ногами. И сказать что-нибудь обидное и колкое.
Очень надоела ее суета и мелочность. Закопалась с головой в то, о чем и говорить не хочется.
Зайдешь на кухню, например, яблоко из холодильника достать. Идешь себе спокойно, но она вдруг тебя опередит. Подойдет, откроет и копается в холодильнике. Что-то ищет. Это она специально делает так, чтобы его, мужа, вывести из себя.
Затем направишься к раковине – помыть яблоко. А она тут как тут. И загородила кран спиной. Моет какую-то крупу. Раз, второй, третий моет. И болтает с подругой. Телефон держит плечом, прижимает к уху и болтает. Говорит, что крупа очень грязная. Нашла о чем по телефону рассказывать! Нет ничего ужаснее и отвратительнее пустых дамских бесед: все соберут, что надо и что не надо.
Ты только пристроишься посмотреть хоккей, а она включает пылесос, который шумит, как трактор. И возит по твоим ногам щеткой. И говорит обидные слова.
Мельтешит перед глазами с тазиком, с тряпкой, еще с чем-то. Ходит и ходит. Лицо недовольное. Интонация мерзкая.
Она ничего не понимает. Ей скажешь, что до конца игры осталось столько-то. Можно понять? Конечно, ребенок поймет. Но только не она. Парирует, что сейчас принесет помойное ведро и наденет ему на голову. Потому что там рыбьи внутренности. И воняет на всю квартиру.
Ты убери ведро на балкон. Пусть себе постоит. После игры вынести можно. Почему нужно все бросить и нестись сломя голову? Это все женская натура. Привязчивая, мелочная. Женщина для того и родилась, чтобы мужчину терзать.
Наконец, жена заявила, что поедет на пару дней к своей маме. Пусть едет! Без нее можно отдохнуть.
Она собирала вещи и что-то ему говорила. Он не слышал, потому что хоккеисты пошли в атаку. Он только услышал, что «жрать захочется, сваришь манку. Она быстро варится». А еще запомнил, что крупа в такой-то банке.
Еды она приготовила на два дня. Но он все съел за один. Так получилось. Ходил от телевизора на кухню. Наливал и разогревал. Наливал и разогревал. Смотришь – и нет ничего! Пусто.
Пришлось сварить картошку. Положил ее в тарелку и добавил сливочного масла.
Утром есть было нечего. Нечего – совершенно. В холодильнике литр молока. И кусок хлеба. Все съелось само по себе. Очень быстро закончилось.
Пришлось подумать о манной каше. Не вариант, конечно. Но что делать?
Поставил на плиту молоко. Налил в кастрюльку и поставил. Высыпал крупу в другую кастрюльку. И долго думал, как же мыть такую мелкую крупу? Она же говорила подруге, что крупа грязная и что ей пришлось мыть в «трех водах».
Налил очень горячую воду – в крупу. Рукой мыть невозможно. Взял вилку, начал размешивать – мыть. Но получился какой-то отвратительный ком. Наверное, этот ком следует промыть холодной водой? Ничего почему-то не вышло. И отвратительный ком отправился в ведро.
Выпил чай с сахаром. И хлеб доел. Сходил в магазин. Купил пельмени.
Дома тихо. Никто не суетится. И почему-то на душе неуютно. Одиноко. Как будто тебя бросили. И никому ты не нужен.
Пельмени легли в живот камнем.
Ходил по комнате и смотрел в окно. Затем позвонил и спросил, где она? И тут же сказал, что соскучился. Что ему одиноко. Это не потому, что кушать хочется. Нет! Что вы? Это потому, что он действительно соскучился!