Священномученик Иоанн Стеблин-Каменский

Очень сильное впечатление оставляет история жизни священномученика Иоанна Стеблин-Каменского. Он являлся потомственным петербургским аристократом, морским офицером. После окончания Морского кадетского корпуса Иван Георгиевич получил назначение на крейсер «Богатырь», который вскоре стал едва ли не самым известным кораблём русского флота.

В декабре 1908 года страшное землетрясение разрушило город Мессина на Сицилии, и русские моряки с «Богатыря» первыми пришли на помощь, буквально вручную разгребая завалы и спасая погребённых жителей города. За свой самоотверженный подвиг Стеблин-Каменский был награждён итальянской серебряной медалью за оказание помощи пострадавшим.

Начало Первой мировой войны он встретил на «Адмирале Макарове», который стал его родным судном. Зиму между шестнадцатым и семнадцатым годами броненосец «Адмирал Макаров» стоял на рейде у входа в Ирбенский пролив, прикрывая проход к Моонзундскому архипелагу. Поэтому все революционные потрясения обошли крейсер стороной. Но, вернувшись в апреле 1917 года в Кронштадт, офицеры «Адмирала Макарова» поняли всю серьезность положения в стране.

В то время, когда многие люди в России стремились вообще скрыть свою принадлежность к Церкви, Стеблин- Каменский принимает священный сан. Бывший флотский офицер, дворянин, который не уехал после революции в Париж, но, напротив, демонстративно стал священником. Он сразу же попал в поле зрения ВЧК. В 1924 году был арестован и был осуждён на трёхлетний лагерный срок, который отбывал на Соловках. При каждой возможности о. Иоанн посылал письма на волю, чтобы поддержать свою паству.

«За время своего пребывания на Соловках я почти ничего не читал, ничему не научился, многое забыл, во многом опустился, но Господь утешил меня именно тем, что мне, быть может, теперь особенно нужно. Я приобрёл полную покорность Его Воле и твёрдую уверенность в благой целесообразности всего совершающегося с нами. Это не значит, что мне не хочется домой и что я мало чувствую скорбь длительной разлуки со всеми мною любимыми, нет — мне просто стало понятно, что скорби не только могут сопутствовать христианину на его земном пути, но прямо являются естественными его спутниками» —

писал он во время первого своего заключения на Соловках прихожанам в Ленинград. После освобождения отца Иоанна отправили в ссылку в город Воронеж, где он получил место священника в Алексеевской церкви. А в мае 1929 года о. Иоанн был вновь арестован и приговорён к новому заключению в Соловецкий концлагерь, и вновь сроком на три года. И снова письма из Соловецкого лагеря своим духовным чадам:

Я готов сам терпеть побольше, лишь бы Он излил обильно Свою милость на тех, кого мне временно вверил. Ныне мне хочется в последний раз со слезами на глазах просить вас: не унывайте никогда, не сомневайтесь в непрестающей любви к вам Начальника Жизни. … Не отходите от Креста и мы будем близкими друг другу во время нашей разлуки, как долго бы она не тянулась…»

Вскоре последовал новый арест и отправке в Воронежское ОГПУ. 2 августа 1930 года отцу Иоанну объявили приговор – высшая мера наказания. В тот же день в десять часов вечера он был расстрелян. Годы, проведенные на Соловках и в тюрьмах, о. Иоанн не считал вычеркнутыми из жизни.