30.07.2012 г.
Неприметное здание клуба «Ночь», широко известного среди отвязных представителей молодежи, окружили разномастные автомобили: участники иллегальных ралли чествовали победителей.
Ренард устроился возле барной стойки и не спеша потягивал янтарного цвета виски. Неподалёку изрядно выпивший Матис, младший брат Шаброля, наслаждался обществом четырёх нескромных девиц. Заметив суровый взгляд Ренарда, юноша пленил девушек очередной скабрезной шуткой и направился к брату.
— Не хочешь стать частью нашей весёлой компании, Рени? — заплетающимся голосом предложил молодой человек.
Вальяжно обняв Шаброля-старшего за плечи, Матис заговорщицки прошептал:
— Две очаровательные блондинки не против скрасить твое одиночество грядущей ночью.
— На сегодня довольно приключений, Матис, — спокойно сказал Ренард. — Собирайся, я отвезу тебя домой.
— Ещё детское время, братик, — возразил молодой человек. — К тому же я обещал Стефану организовать мини-соревнование. Болван когда-то утверждал, что гламурная пустышка «Ламборджини» в два счета обгонит мой «Ягуар».
— Выкинь из головы бредовую идею. Ноги едва держат тебя, — строго произнёс Ренард, вставая из-за барной стойки. — Я вызову такси.
— Ок, — пробормотал Матис.
В уборной Шаброль-старший ополоснул лицо, а затем позвонил в диспетчерскую службу. Неожиданно голос сотрудника такси заглушили безудержные крики людей, раздавшиеся на улице. Тягостное предчувствие охватило молодого человека. Не желая верить интуиции, Шаброль выбежал из клуба.
Пробравшись сквозь толпу зевак, Ренард увидел пылающую огнем машину. Очевидно, водитель не справился с управлением, и автомобиль врезался в столб. Рядом с горящим «Ягуаром» лежало окровавленное тело Матиса.
***
Пустой коридор больницы Сент — Луи разрывала тишина мучительного ожидания. Ренард сидел на стуле возле операционной, обхватив голову руками.
За стеной вершилась неравная битва команды хирургов за жизнь Матиса. Прогнозы врачей безжалостно свели шансы на исцеление молодого человека к пятидесяти процентам. Счастливая случайность помогла юноше избежать гибели во время аварии: благодаря не до конца захлопнувшейся двери тело парня выбросило из машины раньше, чем потенциальная камера смерти загорелась.
Воспалённое сознание Ренарда, словно дотошный сыщик, скрупулезно искало причины трагедии в закромах прошлого.
Раннее детство братьев протекало счастливо. Мальчики росли в семье заботливых родителей. Любовный союз Гильбэ и Джинет, рождённый в тяжёлые годы личностного становления обоих супругов, казался нерушимым.
Тем не менее в отношения пары вмешался третий — алкоголь. К печальному удивлению Шаброля-старшего, конкурент обладал могущественным влиянием на супругу. Опустошенный бесконечными попытками вылечить жену, Гильбэ подал документы на развод.
После расставания с Джинет мужчина с головой окунулся в работу. Обязанности по воспитанию детей легли на многочисленных нянь. Мать братьев, утратившая эмоциональную опору в лице бывшего мужа, превратилась в завсегдатая реабелитационных центров и бессмысленных светских сборищ.
Через некоторое время Шаброль-старший женился во второй раз. Общение отца с сыновьями свелось к телефонным звонкам по воскресеньям и ежемесячно поступающим на банковский счёт денежным переводам.
Крах семейной идиллии, словно тяжелый булыжник, пробил огромную дыру в неокрепшей психике братьев. Будто пассажиры одной лодки во время шторма, мальчики сплотились перед тяжёлыми обстоятельствами. Ренард взял ответственность за благополучие Матиса, стараясь компенсировать ребёнку отсутствие любви мамы и папы.
Время горной рекой утекало в неизвестность. На смену детству в жизнь Матиса ворвался тяжёлый подростковый период. Шаброль-младший окунулся в мир бесконечных тусовок. Развязные вечеринки сменяли одна другую, а желание получить очередную порцию адреналина заставляло молодого человека придумывать новое опасное развлечение.
Омут воспоминаний не позволил Ренарду сразу заметить вышедшего из операционной хирурга.
— Вы в порядке, месье Шаброль? — обеспокоенно поинтересовался врач у молодого человека, болезненно съёжившегося на стуле.
Ренард остановил на мужчине стеклянный взгляд.
— Матис жив? — дрогнувшим голосом спросил Шаброль.
— Вашего брата удалось спасти. Однако юноша находится в глубокой коме, Ренард. Мне очень жаль, — сочувственно произнёс хирург.
Неожиданно Шаброль взглянул на свои коричневые лакированные ботинки. Обувная пара, замызганная коричневой грязью, вызвала у мужчины чувство глубокого отвращения в сочетании с неясной агрессией. Ренард нетерпеливым движением руки вытащил из кармана брюк платок и начал увлеченно чистить оскверненный внешним миром элемент гардероба.