Страх.: Отсутствует.
- Страх отсутствует! - засмеялась девушка, прочитав надпись на больничном бланке.
«Эх, если бы» подумала медсестра и посмотрела на свои руки. Кожа исполосована старыми шрамами. На левой три поперечных следа от лезвия и жгутов, что спасли ей жизнь. На правой шрам от продольного разреза. Не очень глубокого.
Часто женщина прятала боль за длинными рукавами.
Медсестре было около тридцати, а выглядела на все сорок пять. Лицо так просто не скроешь. Усталое, морщинистое, с двумя синими пятнами на лбу. Голос молодой женщины совсем не подходил такому лицу.
Мягкий звонкий сопрано напоминал ей самой, что есть ещё жажда жизни.
Среди шрамов левой руки вздымались две шишки от уколов. Страх не лекарств тяготел женщину. Их вкалывать она умела.
И когда впервые её посетила мысль об уколах? Порошки, табак, трава и соли справлялись с подавлением тёмных сторон на твёрдую четвёрку. Затылком девушка чувствовала лишь отголоски боли настоящего, прислоняясь к бетонной стене. Она часто думала: что будет, если покончить с собой, будучи под дозой? Веселье просто оборвётся тьмой и тишиной? Или она очнётся от шока за миг «до» и прочувствует всю боль?
****
Подвал. Пахнет сыростью. На полу распласталось три тела. Тишина. В мыслях нет постороннего шума. В тиши брюзжит напряжение каждого из лежащих. И все они молчат. Одна лишь лампочка поёт морзянку. Нечто среднее между «С.О.С.» и «Л.О.Л.».
Через одно тело прошла судорога. Оно издало пищащий, ноющий стон. Голова второго тела приоткрыла щёлки со зрачками. Дыра в нижней части головы вопрошающе проскрежетала нечто третьей голове. Та уже успела подняться и рухнуть вновь. Голова третьей упала на ближайшую кость по правое ухо. Из говорящего отверстия просачивалась склизкая пена. Кап-кап.
Первое тело затрясло вновь. Оно трещало, вопило, визжало как могло. Пусть к нему и не вели провода от генератора, трепыхалось точно как от электрошока. Остальные же два тела не прикасались к первому. Будто боялись, что ток убьёт и их. Первое тело резко остановилось, повернуло голову ко второму телу и подмигнуло. Как бы говоря: «ты следующий».
Подвал наполнили крики и плачь. Нечеловеческие, близкие к животному вою.
Одну свинью вырубили и две другие понимали, что они следующие.
Второе тело попыталось подняться. Конечности не слушались. Пол кружило опьянение. Локти становились на дно и тут же бессильно падали вновь. Голова тяжело билась о пол. Под телом появилось красное пятно.
Глаза третьего тела наполнились ужасом. Второе осилило вытянуть из плотной ткани одежд, нож. Вроде как оно бессильно, и казалось бы от него ничего не зависит, но смогло сделать выбор как умереть.
Холодная сталь вспорола слои кожи, порезала вены, кровь полилась по уже синим рукам. Второе тело заботливо, пока оставались силы, кинуло нож в сторону третьего. Оно же лишь громко и надрывисто дышало, пока номер два испускал дух.
И вот в подвале осталось одно тело. Хоть оно и смогло сесть, сохранять положение удавалось с трудом. Издавая стоны умирающего животного, оно кружило головой подобно привязанному к дну клетки мотыльку. Оно кричало, остатки надежды выходили с каждой новой попыткой позвать на помощь. Оно закрыло глаза. Вид мёртвых товарищей только мешал.
Дверь подвала оставалась закрытой. Даже если бы чьи-то шаги раздавались по ту сторону, из-за криков и кряхтения, не были бы слышны. Криков становилось всё меньше, их заменяло кряхтение. А рука третьего тела медленно тянулась к лезвию...
***
«Страх отсутствует, да уж. Если бы это было правдой. Как же я тогда боялась».
- Это сокращение от «страхования». - ответила девушке медсестра.
В этом рассказе я хотела выполнить несколько задач:
- Использовать приём Набокова: описывать вещи так, как будто вижу впервые.
- Списать персонажа с реального человека
- Не использовать диалоги
- Хорошо закончить историю