Ни один ребенок не должен потерять мать из-за того, что в больнице внезапно закончилась кровь; ни один отец не должен чувствовать стыд за то, что не может поставить еду на стол в такой богатой стране, как Иран; ни один выпускник колледжа не должен жить с постоянной тревогой о поиске работы, не говоря уже о выживании на своей родине.
И все же это описывает реальность жизни в Иране в 2021 году. С населением более 80 миллионов человек - более чем в два раза превышающим население Канады.
Четверть населения Ирана моложе 14 лет, почти половина - моложе 40 лет, и почти все они испытывают трудности в период жесткой финансовой экономии и глубокой политической вялости по отношению к своему правительству, а также к силам за рубежом. Безработица стремительно растет, инфляция находится на рекордно высоком уровне, детский труд и проституция снова на подъеме, в аптеках самые низкие запасы лекарств за последние годы, массовый отток специалистов и квалифицированных рабочих растет на протяжении всей пандемии, а мучительная утечка мозгов иранской молодежи продолжает оставаться эпидемией.
В пятницу в Иране должны состояться 13-е президентские выборы со времен Исламской революции 1979 года. Если бы я все еще жил там, я бы присоединился ко многим тысячам тех, кто планирует бойкотировать голосование как бессмысленный цирк. Среди людей ходит шутка, что правительство раздаст столь необходимую вакцину COVID-19 только для того, чтобы заманить людей на избирательные участки. Тот факт, что так мало желающих принять в этом участие, свидетельствует о недоверии народа к своим лидерам.
В стране нет ни одного рядового иранца, не разочаровавшегося в политическом истеблишменте - только убежденные революционеры, чья жизнь зависит от системы. Политические распри между различными фракциями вышли из-под контроля, обнажив свирепую жажду политического и финансового капитала среди элиты; отмывание денег и хищения правительственными инсайдерами и их отпрысками зашкаливают; силы жесткой линии ободрились как никогда ранее в результате неудачной кампании максимального давления США, которая привела к маргинализации подлинных реформаторских голосов и еще больше ввергла простых иранцев в финансовую пропасть.
К нашему унижению, иранцы часто рассматриваются в мире через призму правителей страны, стереотипно, в рамках изолированных повествований, и редко рассматриваются через нашу человечность, культуру и тысячелетнее наследие.
Поэтому, пока мир наблюдает за очередными "выборами" в Иране, давайте не будем забывать о многих миллионах иранских людей - молодых мужчин и женщин - чьи стремления, мечты и надежды отражают чаяния, мечты и надежды всего остального мира.
Каждый раз, когда иранской молодежи предоставлялась возможность, она хваталась за нее с распростертыми объятиями. У себя дома они составляют одну из самых технически подкованных и образованных демографических групп на Ближнем Востоке. На протяжении многих лет они творчески находили способы удержаться на плаву, несмотря на стагнацию экономики, отсутствие возможностей для предпринимательства и множество социально-политических препятствий.
Многие из самых талантливых и творческих иранцев уже покинули свою страну в поисках лучших экономических и социальных возможностей. Но многие другие решили остаться - и я, как журналист, считаю своим долгом распространять их истории, их голоса и их потребности, чтобы мир узнал об их рвении и стойкости.
Опасность свести всю нацию к ядерным переговорам и ракетам, как это часто делает Запад, упускает из виду невероятный неиспользованный потенциал Ирана. Это вторая по величине страна на Ближнем Востоке, имеющая 15 сухопутных и морских границ; если она сможет диверсифицировать и отойти от экономики, основанной на нефти и газе, и использовать многочисленные упущенные возможности последних сорока лет, она сможет подать пример не только всему региону, но и всему миру.
Независимо от того, что произойдет на президентских выборах, ничего хорошего не будет, если мир не будет смотреть на Иран не через призму его лидеров, а через призму его народа. Вместо того чтобы направить все усилия на подавление Ирана, мир должен найти способы наладить контакт с его народом и расширить его возможности. Только тогда возможны реальные перемены.