До Ленинграда поезд довез нас благополучно. А вот в Ленинграде нас с Валеркой сразу положили в психиатрическую больницу. Медсестры менялись чаще, чем я успевал их запомнить. Я не сразу понял, что за странное чувство живет во мне: я люблю Валерку, но почему-то я его избегаю. Мы переехали из больницы домой, мама снова собрала мне учебники, а я из дома ушел и пошел в студию классической гитары. На следующий день я опять пришел в студию и стал повторять аккорды и играть произведения, которые запомнились мне еще в детстве. И вот в один из вечеров с занятий я ушел домой, а утром проснулся и узнал, что в Ленинграде убили человека. Как - то странно все это было, невыразимо страшно и непонятно. Тут же в студии позвонил домой родителям и спросил, как меня найти. Ответила мама. Она очень обрадовалась, что сын наш нашелся, и, посмотрев на меня своими большими синими глазами, сказала, что знает, как помочь мне. Папа не мог этого слышать, он в это время был в Ленинграде, и мама сказала, чтобы он не