Осень

Осень. Золотистые и багряные листья кружились в страстном танце с ветром. За окном собирались огромные грозовые тучи. Словно волны при шторме, разбивались друг о друга и соединялись, атаковали других и сливались с ними воедино. Неплохое зрелище. Всё это так прочно укрепляется в памяти, и всё это так повторяется из года в год. Подоконник, чашка горячего чая, который тебе всучили по случаю дня рождения одного из смотрителей, учебник по литературе и взгляд, устремлённый в окно.

Взгляд, прожигающий компанию подростком, беззаботно идущих по улице, смеющихся...

-Аж тошно смотреть на них...- проговорил не без злобы в голосе парнишка, укутываясь сильнее в плед.

-А ты, Серёж, на них и не смотри. Почитай вон, книжку свою, да чай попей.- Пробурчал сосед по комнате, который просто уткнулся носом в колени и был в раздумьях.

-Не хочу, Тох, от этого тоже лучше не становится, а смотреть больше некуда.- Серёжа удостоил взглядом своего соседа и откашлялся.- Почему в школу не пошёл?

Ему не нравилось, что в комнате кто-то находится, даже если это его лучший друг и сосед - Антон Беляев - самый тихий, кого вообще знает Серёжа. Предпочитая гордое одиночество у парней практически не вязались разговоры. Да и какие тут могут быть разговоры, если даже произнести что-то даётся с трудом, ведь простуда даёт о себе знать.

-Занятия отменили...

На это Сергей лишь вздохнул - очередная отмазка - знает ведь Антона, как свои пять пальцев, и знает, что если он заболел, то сосед будет с ним сидеть до победного. И говорить с ним об этом бесполезно - упёртый Антон, как баран - не отговоришь.

Серёжа лишь встал с подоконника, чуть не упав, ведь немного запутался в пледе, вылил чая в раковину и отправился в кровать. Повернулся к другу спиной и пробормотав "Тебе тоже советую поспать", погрузился в сон.

***

Осень. Дует холодный ветер, унося с собой в другие места последние листья, но принося с собой холод и грозовые тучи. Оголённые ветви деревьев выглядят скудно и тоскливо, ощущение что они вот-вот заплачут.

Плакать, как оказалось, хотелось не только фауне, но и Сергею. Он выздоровел, а это означает, что уже сегодня он пойдёт в школу. В это место, наполненное людьми нужно было ещё добраться, успеть на автобус, и учиться - всё это казалось до невыносимого ненужным.

Но нужно бы подготовиться к школе основательно - плотно позавтракать, сходить в душ, собрать портфель, проверив тетради и выглядеть подобающе. Но всего этого делать не хочется - Серёжа по утру ничего не ест, в душ идти и быть мокрым он особо не горит желанием, портфель был брошен в угол комнаты, а там уже есть всё необходимое. Но вот внешний вид...

Неспешные шаги к зеркалу - и вот, перед ним стоит парень лет пятнадцати. Волосы, всё ещё являющиеся каштановыми, сверкали в некоторых участках сединой, глаза отражали вселенскую печаль и смотрелись крайне безжизненно. Острые скулы и острый нос, весь худой и высокий. Всё это крайне выделяло парня из толпы, что раздражало и являлось причиной избиений и усмешек со стороны одноклассников. Но таким уж он родился - и ничего с этим поделать нельзя.

Что уж сделать, если тебя не могут понять даже учителя и смотрители? Что сделать, если твою историю не понимают, или же не хотят принимать?

***

Неспешной чередой проходят уроки, от директора пришло известие, что один из учителей болен, и последние два занятия ученики пропустят. Это не могло не радовать, ведь Серёжа хотел посетить одно место, которое никак не мог посетить при болезни.

Ловить попутную машину - не лучшее занятие, но лишних денег на автобус туда и обратно не было. Но везению парня, как казалось ему, не было предела, ведь нужная машина практически сразу попалась на дороге. Несколько мучительных минут, и вот, уже виднеются знакомые пейзажи. Несколько кривые кресты, могильные плиты, несколько людей, оплакивающих своих родных. Но все прекрасно знают, что мёртвые не слышат живых, они не могут утешить их горе.

Что им полностью плевать на то, что ты плачешь... Они тебя просто не слышат.

И вот, знакомая до боли под рёбрами тропинка расстилается перед глазами. Потупив глаза в землю, Сергей шёл. Шёл, словно дожидался своей казни, словно шёл на эшафот.

С какой-то стороны это было правдой - не каждый ребёнок может видеть, как погибают люди и его самые близкие родственники. Не каждое дитя может жить после падения самолёта, после значительных переломов и после утраты близких не проронить слезу.

Осень. Тучи играют с молнией и громом свой финальный акт, выплёскивая все свои эмоции дождём, светом и грохотом. И у Сергея в душе заиграла осень...