Приветствую вас, друзья! Думаю, что сейчас самое время поговорить об одном из самых пагубных мифов морской истории: мифе о китовом жире.
Миф о китовом жире гласит, что продажа дешевого керосина, заменившего китовый жир (ворвань) в лампах, ознаменовалось крахом китобойной промышленности. Это привело к прекращению китобойного промысла, и популяция китов восстановилась. Таким образом, вместо того чтобы благодарить защитников окружающей среды за кампанию по прекращению китобойного промысла, мы должны прославлять жадность нефтяных магнатов.
Миф имеет значительное влияние в силу своего идеологического подтекста. Он приводится в качестве «доказательства» того, что жадность ведет к положительным социальным и экологическим изменениям. В более современном дискурсе принято утверждать, что появление новых технологий и отраслей промышленности по своей сути ведет к вытеснению старых. Таким образом, мы не должны ничего делать для активного отказа от ископаемых видов топлива, потому что падение цен на возобновляемые источники энергии неизбежно приведет к их замене.
По сути, это эквивалент мысли о том, что Илон Маск решит проблему изменения климата, изобретя какую-то безумную чудо-технологию.
Отрицатель квазиклиматических изменений Майкл Шелленбергер повторил этот миф в своей книге «Апокалипсис никогда». В одной из глав, «Жадность спасла китов», утверждается:
«Открытие скважины Дрейка привело к повсеместному производству керосина на основе нефти… что спасло китов». (Стр.111).
Этот миф также популярен среди оппонентов, которые больше заботятся о хайпе, а не о фактах. Вероятно, поэтому Мэтт Пэтт повторил это в своем видео «Теория кино: экономический кризис Черной пантеры». Он утверждает, что один ресурс в конечном итоге заменяется другим, что в будущем создаст проблему для экономики Ваканды, когда супер-ученый обнаружит замену вибраниуму. В качестве примера он приводит историю китобойного промысла:
«Еще в 1800-х годах все использовали китовый жир для своих ламп. Помимо того, что это было действительно трагично и печально, это стало очень дорого, когда киты, как вы знаете, начали вымирать. Как я уже сказал, все это очень печально, но не волнуйтесь, всё наладится. Китовый жир стал настолько редким, что люди больше не могли себе его позволить, поэтому они начали искать альтернативу, в частности, переход на керосин. В то время сырая нефть была всего лишь грязью, который раздражал фермеров в Техасе. Но люди понимали, что он горит лучше, чем китовый жир, и, подумайте, это было чертовски дешевле. Поэтому они поменялись местами, и с приходом нефтяных магнатов нефть стала дешеветь. А потом, совершенно неожиданно, люди смогли отапливать свои дома, запускать машины и, наконец, оставили китов в покое. Не потому, что они были очень хорошими или потому, что киты величественные животные, а потому, что они нашли лучшую и более дешевую альтернативу. Джон Рокфеллер спас китов. Без шуток».
Это неверно по нескольким причинам, каждая из которых более очевидна, чем предыдущая.
Во-первых, появление керосина не привело к тому, что китовый жир стал ненужным. Китовый жир использовался для изготовления самых разных продуктов: в качестве смазки для инструментов и в производстве кожи до ХХ века. В ХХ веке он использовался в маргарине, нитроглицерине, мыле и косметике. На китов также охотились для того, чтобы их кости превращали в муку, спермацет – в свечи, амбру – в духи, а китовый ус – в корсеты.
Это не значит, что китобойный промысел был неизбежно обречен. Норвежские китобои переняли новые технологии, позволившие им охотиться на ранее недоступные виды китов. Такие киты, как финвал и синий, были слишком быстры, чтобы на них можно было охотиться с ручными гарпунами, но на пароходах и с пушками, стрелявшими гарпунами с гранатами, это сильно упрощало задачу.
Норвегия, Япония, Советский Союз и другие страны продолжали эксплуатировать китобойные базы по всему миру до 1980-х годов. Это несмотря на то, что практически любой продукт, который можно было бы получить от китов, к этому времени уже имел синтетическую или животноводческую альтернативу. Ричард Эллис дает леденящее душу описание этой практики в своей книге «Пустой океан»:
«Открытие нефти, конечно, не спасло китов; напротив, оно дало толчок китобоям механизировать и модернизировать свой промысел. Вооруженные гарпунами с разрывающимися гранатами, они с рвением, в равной мере подпитываемой жадностью, жаждой крови и технологией, бросились в погоню за китами. Огромные синие киты, долгое время считавшиеся слишком быстрыми и мощными для китобоев в их утлых гребных лодках, теперь находились в пределах досягаемости. Их забрасывали гарпунами, расстреливали, взрывали, отравляли и убивали электрическим током в количестве, не поддающемся воображению. Миллионы тонн китов были превращены в компоненты для освещения, машин, войн, моды и столов мира. Глубоко в леденящем до костей холоде Антарктики огромные киты оставались нетронутыми с самой зари мира, но через пятьдесят лет хищные китобои почти полностью истребили их.
Они стреляли в них под небом моря Росса и вытаскивали на борт китобойных судов с зияющими пастями, которые проглатывали этих 100-тонных животных и превращали их в жир и удобрения за час».
Что спасло китов, если не Джон Рокфеллер? В 1970-х годах такие организации, как Гринпис, начали кампании по информированию общественности о социальном поведении китов. Подъем экологического движения в США привел к принятию Закона о защите морских млекопитающих в 1972 году.
Многие страны, не ведущие китобойный промысел, присоединились к Международной китобойной комиссии в 1972 году. Международная китобойная комиссия вела переговоры между странами, поддерживающими китобойный промысел, и странами, выступающими против китобойного промысла. Япония, Советский Союз, Перу, Норвегия, Исландия и другие китобойные страны лоббировали защиту китобойной индустрии. Анти-китобойные группировки, в конечном итоге добились успеха и в 1982 году установили международный мораторий, который вступил в силу в 1986 году. Коммерческий китобойный промысел, который часто ведется под прикрытием научных исследований, все еще существует сегодня в гораздо меньших масштабах, чем в 1980-х годах.
Если бы миф о китовом жире был верен, мы должны были бы ожидать, что промышленно развитые страны прекратили бы китобойный промысел, когда растительные масла заменили китовый жир, а тем более сегодня. В Японии китобойный промысел продолжается, несмотря на то, что он убыточен и требует государственных субсидий.
Действительно, Шелленбергер признает, что его собственный тезис неверен, когда он утверждает это в последнем предложении главы о китобойном промысле:
«Когда дело доходит до защиты окружающей среды путем перехода к более совершенным альтернативам, имеет значение общественное мнение и политические действия» (стр. 125)
История китобойного промысла предлагает нам поучительный пример того, что более совершенные технологии по своей сути не ведут к лучшим практикам. Технологии в конечном итоге используются людьми, которые принимают решения на основе верований, культурных убеждений, а также социальных и политических влияний. Промышленность – это не просто пассивные абстрактные идеи, которые с удовольствием отбрасываются, когда они устаревают.
Мы видим это сегодня с углем. Несмотря на снижение экономических затрат на природный газ и возобновляемые источники энергии, уголь остается доминирующим в большей части мира и субсидируется многими правительствами. Отказ от угля, а тем более нефти, повлечет за собой значительные политические и экономические изменения во всем мире, такие как инвестиции богатых в бедные страны.
Если мы когда-нибудь и устраним зависимость от ископаемого топлива, то только из-за политических изменений и общественного давления, а не из-за изобретения Илоном Маском новой технологии.
- Изображения из открытого доступа (CC BY). Текст распространяется по лицензии CC Attribution (CC BY). Кому надо, пользуйтесь на здоровье, но не забывайте делать на нас ссылку!
- Не забудьте подписаться на «Аква-Космос» теперь и в Telegram. Там мы иногда пишем и даем картинки того, о чём нельзя писать и чего нельзя показывать здесь, на Дзене.