Значение Полтавского сражения для победы в Северной войне.

Как известно, переломным моментом в затянувшейся Северной войне была Полтавская битва. В ходе этого генерального сражения русские войска под руководством Петра I, который лично участвовал в атаке, разгромили армию шведов и закрепили за собой репутацию могучей армии.

Однако исход этой битвы, как и всей войны, мог быть совсем иным, если бы наши войска не выиграли сражение вблизи деревни Лесной (сегодня это территория Славгородского района Могилёвской области).

9 октября (28 сентября по старому стилю) 1708 года «летучий корпус», или корволант, Петра I стремительно атаковал шведский корпус генерала А. Л. Левенгаупта, который должен был пополнить запасы оружия и продовольствия слабеющей армии Карла XII. Силы были равны, однако наши войска сумели обратить противника в бегство.

Позднее Петр I назвал битву при Лесной «матерью Полтавской баталии». О том, почему не стоит забывать об этом сражении, в котором так преуспел Петр Алексеевич и просчитался шведский король, «Истории.РФ» рассказал доктор исторических наук, профессор СПбГУ, специалист по истории России периода правления Петра Великого Павел Кротов.

«Карл XII впал в депрессию»

– Павел Александрович, почему Петр I назвал битву при Лесной «матерью Полтавской баталии»? Она действительно предрешила эту победу?

– Во-первых, Петр позволил себе мужской юмор, потому что, как он сам упомянул, между генеральной баталией при Полтаве, которая произошла 27 июня 1709 года (8 июля по новому стилю), и сражением при Лесной – ровно девять месяцев. Такую шутку он мог позволить себе уже после того, как Полтавская победа была одержана. Ну, а что касается не каламбуров, а реальных предпосылок генеральной победы под Полтавой, то в значительной мере они были созданы именно викторией при Лесной. В этой битве поражение получил отборный 13-тысячный корпус шведского генерала пехоты Левенгаупта. Эта победа очень примечательная, потому что равными силами 13-тысячный «летучий корпус» русской армии (так называемый корволант) под командованием Петра I и Александра Меншикова нанес тяжелое поражение шведскому 13-тысячному отряду.

– Историки пишут, что эта битва была очень напряженной, поскольку силы противников были равны, но в итоге шведам пришлось обратиться в бегство. Как шведский король отреагировал на это поражение?

– Сражение было чрезвычайно упорным, его прервало только наступление ночи. А ночью шведы снялись (с позиций – прим. ред.), оставили горящие костры и отступили. Часть из них (около тысячи человек) бежала обратно в Ригу, откуда они двигались, а другие (порядка шести тысяч человек) окружным маневром, оставив всю артиллерию и обоз, выпрыгнув из повозок и бросив лошадей, бежали и присоединились к главной армии Карла XII. Он отказывался верить в это поражение, неоднократно расспрашивал о нем его участников. Затем король впал в депрессию, расформировал все шведские полки, которые потерпели поражение, а их солдат перевел в другие части для пополнения убыли в войсках. Тем не менее, он не понял, что русская армия теперь другая. Он воспринимал все с таким, я бы сказал, нордическим торможением, давая замедленную оценку происходящему.