1. Учитель и после своей смерти жив в своих учениках. Мёртвый политический деятель жив в последователях своих идей, ежели они у этого деятеля бывали. Такие высоколобые мыслители, как Карл Генрих Маркс, достойны иметь и свои идеи, и своих последователей, и своих учеников.
Одним из учеников К. Г. Маркса объявлял себя Владимир Ильич Ульянов (Николай Ленин). Ученичество предполагает усвоение знаний, даваемых учителем. И, в частности, идей учителя. Понятно, что знания, даваемые учителем, могут быть знаниями общего назначения, как кроме стоматолога или кардиолога имеется врач общей практики. Однако, если преподаётся оригинальная наука, то есть когда учитель — не ретранслятор, не певец чужих песен, а сам создатель этой науки и этих песен, то его учение или его науку можно и нужно свести к некоторым идеям, которые и организуют всё знание науки, то есть выступают его методологическим каркасом, и сами по себе суть самое оригинальное, что дал этот учитель, этот политический деятель.
2. Пожалуй, единственное что роднит В. И. Ульянова (Н. Ленина) с К. Г. Марксом, это ненависть к русским. Тут они полностью совпадают и в своих взглядах, и в своих умонастроениях. И эта ненависть спускалась от фигуры российского императора, к русским аристократам, русским капиталистам, русскому православному духовенству, русским крестьянам и русским рабочим. Всякая похвала кому угодно из русских носила сугубо технический характер и была по существу манипуляцией полезными идиотами, будь это Вера Ивановна Засулич или Георгий Валентинович Плеханов (Н. Бельтов).
3. А что же различало учителя и ученика. Тут надо сказать, что учительство и ученичество, даже мнимое учительство и мнимое ученичество, невозможно без некоторой умственной общности учителя и ученика. То есть идеи учителя ученик должен как-то повторять, пусть потом он ими воспользуется не как учитель, а переосмыслит их на свой лад. Вообще говоря, это никакой не умственный криминал, ибо именно так и происходит развитие идей. Но в этом деле иноосмысления и инопользования можно далеко зайти и представить коммунизм красных кхмеров Пол Пота, Нуон Чеа и Иенг Сари как продолжение и воплощение идей К. Г. Маркса. Но нас здесь интересует не коммунизм в Демократической Кампучии, а отличия Ильича от Генриховича. Как бы нам поточнее сформулировать эти отличия?
4. Начнём с логического начала общества. Если общество совершенно равномерно как горизонтально, так и вертикально, то общество движется лишь в обмене веществ с природой. И если этот обмен не нарушается, нет причин обществу прийти в движение. Оно может неопределённо долго пребывать в полноте свободы, равенства и братства.
Для любого же изменения именно в обществе, а не на краю вселенной, называемом природой, через которую и происходит взаимодействие человека со вселенной, — для любого изменения общества необходимо неравенство внутри общества, лишь тогда люди, под давлением реального неравенства начинают с ним работать, пытаясь (1) разрушить ли его, (2) закрепить ли его или (3) преобразовать его, сделав более эффективным.
5. Это неравенство мыслимо как (1) незначительное и эфемерное, но также и как (2) предельное, когда смертный бой не только снится, но люди проводят полную мобилизацию к нему.
Неравенство, мыслимое как (1) отчуждение от средств производства, а человек может жить, только занимаясь трудовой деятельностью в своём хозяйстве, производящем или присваивающем, даёт себя знать, с точки зрения К. Г. Маркса, целостно, то есть так, что отчуждение от средств производства детерминирует (2) отчуждение от производимых самим трудящимся продуктов потребления, а поскольку труд определяет всего человека и всё общество, то к отчуждению от средств производства и продуктов потребления добавляется (3) отчуждение человека трудящегося от другого трудящегося человека, (4) отчуждение человека трудящегося от другого человека, человека не-трудящегося, владельца средств производства, (5) отчуждение человека трудящегося от общества в целом, (6) отчуждение человека трудящегося от самого себя, трудящегося человека.
Вполне естественно и в то же время рационально мыслить то, что предельный объект и одновременно предельный субъект этого отчуждения, ибо его труд и порождает отчуждение, К. Г. Марксом называемый рабочим или, на древнеримский манер, пролетарием — оказывается средоточием и носителем (субстратом) отчуждения. И если произойдёт снятие отчуждения в так называемом обратном присвоении, то отчуждение будет уничтожено целостно, отчуждения в обществе больше не останется. И это потому так, что «снятие отчуждения проходит тот же путь, что и само отчуждение», потому это снятие и зовётся К. Г. Марксом обратным присвоением. Если самое тяжёлое отчуждение снимается так, что проходится полный путь этого отчуждения, лишь в обратную сторону, то менее тяжкие повреждения отчуждением людей будут сняты по дороге.
6. Поэтому именно рабочий класс К. Г. Маркс выбрал в качестве того субъекта истории, который действительно способен изменить историю, то есть процесс изменения человеческого общества во времени. И это изменение изменения, то есть некоторое ускорение течения истории, возможно потому, что самими жизненными условиями рабочий класс принуждается к такому изменению. Менее всего он склонен к консервации существующего положения общества. А нашлась бы другая часть общества, подходящая под критерии субъектности исторического изменения, можно быть уверенным, что К. Г. Маркс сосредоточил бы своё внимание именно на ней, иначе называемой и вполне отличной от рабочего класса. Таким образом, для К. Г. Маркса рабочий класс — это теоретический выбор, сделанный К. Г. Марксом по некотором размышлении над эмпирическим наблюдением современного ему общества.
7. Люди формируются обстоятельствами, в которых они рождаются и живут. Но те же люди сами создают обстоятельства, то есть условия своей жизни.
Эти два процесса могут быть разорваны во времени и пространстве. То есть одни люди здесь и сейчас испытывают давление условий жизни, не ими созданных, например, пролетарии оказываются пролетариями с рождения и пролетарские условия своей жизни не они создавали. А с другой стороны имеются люди, которые создают условия жизни для других людей, но сами-то живут в других условиях, например владелец средств производства, капиталист, создаёт некие пролетарские условия жизни своим рабочим, сам, однако, не живёт по-пролетарски.
Когда имеется совпадение (1) изменения внешних условий жизни с (2) деятельностью субъекта, формирующего эти условия, и (3) целью создать условия жизни самому этому субъекту, тогда человек сам создаёт себе условия жизни, меняется в этих условиях, меняет свою жизнь и радуется изменениям. В этом случае человек сам творит свою историю, меняет общественные изменения и (1) по вектору, и (2) по скорости. Такое творчество К. Г. Маркс называет революцией.
Буржуазная революция меняет вектор движения общества с феодального на капиталистический. Пролетарская революция должна сменить вектор движения общества с капиталистического на коммунистический.
8. Ситуацию революции в социальной эмпирии К. Г. Маркс мыслил так. Наиболее капиталистически развитое общество оказывается наиболее близким к пролетарской революции, ибо такое общество, во-первых, довело отчуждение основных производителей общества до предела, а, во-вторых, до предела доведено и обобществление производства в этом обществе. Остаётся лишь частное владение средствами производства и управления заменить общественным владением и общественным управлением.
Такая замена сперва свершается как государственный переворот, слом старой государственной машины и установление диктатуры пролетариата. Этим сразу достигается обобществление владения и управления средствами производства, ибо множество пролетариев путём ротации проходит через структуры управления. А в дальнейшем, с постепенным исчезновением классовых признаков не только из их социального статуса, но также из сознания людей и упрочением народного управления обществом, общество приходит к действительному самоуправлению. Поскольку эти люди сами управляют собой, меняя природу, меняя общественные отношения и общественные институции, постольку они не только сознательно меняют свою историю, меняясь в ней сами, но и находятся, говоря иначе, в процессе непрерывной революции, не стоит лишь путать это состояние с перманентной революцией Лейбы Давидовича Бронштейна (Троцкого).
Так должен развиваться социальный мир от капитализма к коммунизму по К. Г. Марксу.
А что же В. И. Ульянов (Н. Ленин)? Он старательно довёл идеи К. Г. Маркса до предела. Так что они обернулись своими противоположностями.
9. Во-первых, В. И. Ульянов (Н. Ленин) решил свершать революцию не в наиболее капиталистически развитой стране, где преобладают по численности рабочие, по концентрации капиталов — капиталисты, а в аграрной стране, в которой рабочих вместе с семьями было 10 миллионов, зато крестьян в десять раз больше — 100 миллионов душ. С примерно таким же успехом можно сотворить пролетарскую революцию в племени индейцев сельвы Амазонки. Таким же успешным было и насаждение среди индейцев христианства первыми испанскими и португальскими миссионерами.
Тут надо уяснить простую истину. Если приходит к власти малая группа общества, (1) её власть может удержаться лишь на насилии, что было и при самодержавной России, только насильниками были не пролетарии, а царь, помещики и капиталисты. Другой модус власти пролетариев (2) состоит в их окрестьянивании. Тогда насилия, кроме полицейского, потребуется меньше, ибо крестьяне будут управлять крестьянами.
Второй способ управления страной, с переодеванием рабочих в крестьян, не устраивал Российскую Социал-Демократическую Рабочую Партию большевиков. Поэтому насилие над большинством населения страны, крестьянами, было неизбежно. И оно пошло по двум дорогам. (1) Одну часть крестьян лишали имущества и сгоняли в колхозы, (2) другую часть крестьян лишали имущества и переселяли в города на стройки коммунизма. Коллективизация и индустриализация — две главных идеи В. И. Ульянова (Н. Ленина), которые пришлось воплощать уже Иосифу Виссарионовичу Джугашвили (Сталину).
Это подлинное насилие над историей, резко противоречащее идеям К. Г. Маркса об естественно-историческом процессе, в котором общество развивается по законам, сходным с законами природы, естества, и в котором сама революция есть естественный, законно необходимый, процесс. Пытаться в незрелом обществе кромсать историю — значит искупать это общество в реках человеческой крови да так и не добиться желаемого «на бумаге». Но именно это и сделали Ильич и его революционные сотрудники в России.
В. И. Ульянов (Н. Ленин) «теоретически обосновывал» такой свой бравый революционизм тем, что капитализм развивается неравномерно, на высшей своей стадии, империалистической, противоречия в нём достигают предела, и в такой общественной ситуации общество рвётся там, где оно наиболее тонко. В. И. Ульянов (Н. Ленин) применял для пояснения этого разрыва метафору слабого звена в цепи капиталистических противоречий. Почему именно Россия — страна не аграрная, а империалистическая, то есть находящаяся на высшей стадии развития капитализма и потому де содержит в себе это слабое звено, почему всемирно признанная империя с наиболее развитым, доведённым до предела, капитализмом, Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии, такого слабого звена в себе не содержит, Ильич не пояснял. Видимо, уж очень хотелось ему свершить революцию в России и прийти в этой огромной стране к власти, так что он считал, что довольно сказанного. Всё это очень похоже на попытку воспитания олимпийских чемпионов в глухой деревне или во дворе своего дома. С применением всех мер насилия к воспитуемым.
10. Во-вторых, согласно пониманию отношения бытия и сознания у К. Г. Маркса, сознание определяемо бытием, а под бытием К. Г. Маркс, несколько субъективно, понимал тот строй и процесс жизни, в котором пребывает человек. В этом смысле сознание и в самом деле есть не что иное, как осознанное бытие. Иммануил Кант назвал бы такое сознание сознающим опыт человека, то есть всё то, что попадает в человеческое восприятие. К. Г. Маркс, в отличие от И. Канта, лишь структурирует этот опыт, выделяя в нём определяющий всё производственный базис, для отдельного человека — его индивидуальную трудовую деятельность.
Уже у К. Г. Маркса было некоторое противоречие, что он, богатый буржуа, по своему бытию никакой не пролетарий, с какого-то беса начал трудиться над выработкой«подлинно пролетарского сознания» и предлагать его пролетариату. А промышленный капиталист Ф. Энгельс, вопреки своему капиталистическому сознанию, определяемому бытием капиталиста, помогал ему в этом благородном деле для неблагородного пролетариата.
Потомственный аристократ и дворянин В. И. Ульянов (Н. Ленин) довёл эту бытийную несообразность до чистоты противоречия, согласно которому пролетариат не способен сам выработать подлинно пролетарское, то есть революционное, сознание, самотёком пролетариат достигает осознания лишь необходимости экономических требований к работодателю-капиталисту, и потому подлинно революционное сознание надо внести в ряды пролетариата, чтобы он превратился из класса-в-себе в класс-для-себя. Туманная в данном контексте терминология Георга Вильгельма Фридриха Гегеля должна затемнить то страстное желание Ильича, чтобы класс-в-себе стал классом-для-него, для Ильича. То есть В. И. Ульянов (Н. Ленин) обосновал таким образом необходимость для революционера манипулировать сознанием рабочих. В дальнейшем эта манипуляция коснулась и крестьян, ибо чтобы справиться с такой громадиной, как Россия, охмурённому В. И. Ульяновым (Н. Лениным) российскому пролетарию требовался в качестве подельника и попутчика охмурённый российский крестьянин.
Казалось бы, с подлинно марксистской точки зрения сознание в обществе определяемо экономическим базисом. Таково материалистическое понимание истории. Стало быть, самое верное средство добиться успеха в преобразовании общества состоит в том, чтобы воздействовать именно на базис. Именно так и действовали сперва луддисты, потом рабочие, выставлявшие своему хозяину экономические требования сокращения ли рабочего дня или повышения заработной платы. От таких требований до сокрушения государственного строя дистанция огромного размера.
В. И. Ульянов (Н. Ленин) же, как и предшествовавшие ему Карл Генрих Маркс и Фридрих Энгельс, почему-то всю жизнь палец о палец не ударили в смысле материальных изменений, изменений экономического базиса, зато всю эту жизнь работали с сознанием рабочих и с сознанием самих себя. Чистейший идеализм! И у В. И. Ульянова (Н. Ленина) он доходит до полнейшего солипсизма, что было бы нестрашно и безопасно, пусть себе бредит. Но он доходит и до полнейшего волюнтаризма, что уже чревато гекатомбами принесённых в жертву людей и и упомянутыми уже реками крови. Именно революционный волюнтаризм В. И. Ульянова (Н. Ленина), то есть его бланкизм и его ткачевизм, виноват в том, что этот субъект политической практики не стеснялся «готовить электоральную базу» до голосования на съездах. Плевать ему на свободное волеизъявление других, когда имеется его личное волеизъявление. Поэтому участники съезда активно предварительно обмолачивались в междоусобных, по слову Николая Семёновича Лескова, разговорах. Только после этого они, по мнению Ильича, были готовы, — зерно к зерну, голос к голосу, — для голосования. Впоследствии такая практика работы с массами была воспринята как эффективная доктором Паулем Йозефом Геббельсом.
11. В-третьих, сама диктатура пролетариата, как высшее выражение революции, весьма быстро выродилась в диктатуру партии большевиков. Коммунистическая Партия Советского Союза вплоть до внесения изменений в Конституцию СССР (1977) от 26 декабря 1990 года оставалась руководящей и направляющей силой советского общества. А 08 декабря 1991 года Советского Союза не стало, он был упразднён Беловежскими соглашениями Бориса Николаевича Ельцина, Леонида Макаровича Кравчука и Станислава Станиславовича Шушкевича. Партия большевиков правила в стране с 07 ноября 1917 года по 26 декабря 1990 года, то есть чуть более 73 лет. КПСС и составляла настоящий правящий класс, она была аналогом и заменой царскому правительству. Разумеется, содержание и формы правления были у КПСС иные, чем у царя-батюшки. Но, в конце концов, угнетение и отчуждение, пусть во времена Леонида Ильича Брежнева и более мягкие, со стороны правящего класса осуществлялись. И это привело к полному отчуждению народа от власти. Не было никакой диктатуры пролетариата, как уж тем более не было сменяющего её всенародного самоуправления бесклассового общества. Именно это отчуждение и привело к тому, что «коммунистическую» власть, в конце концов, никто из народа не поддержал. А верх шизофрении этой власти был в том, что она сама выкинула положение о руководящей и направляющей роли КПСС из Конституции СССР.
Михаил Сергеевич Горбачёв хотел больше социализма и нового мышления. Он получил капитализм и мысль об его собственной ненужности во власти.
12. Таким образом, В. И. Ульянов (Н. Ленин) (1) выбрал не тот предмет для осуществления революции; (2) спутал место приложения революционных усилий (вместо бытия работал с сознанием); (3) диктатура пролетариата, высший смысл пролетарской революции, была извращена и заменена диктатурой заговорщиков-партийцев.
Худшего, и энергичнейшего, воплотителя идей К. Г. Маркса трудно придумать. Разве что вспомнить карикатуры на марксизм, изданные в Народной Республике Китай при Мао Цзедуне, в Демократической Кампучии при Пол Поте или в Народно-Демократической Республике Корее при всех Кимах.
2021.06.16.