Раньше очень денег хотелось. До головокружения. Это в молодости. Так фантазия разыграется – не угомонить. И то, и другое, и третье. По молодости многие представляют себе, что у них дома в шкафу большой чемодан стоит. А в нем очень много пачек с деньгами: бери любую.
Или когда показывают по телевизору, как арестовывают губернатора или министра. И обыск в их хоромах. Камера наедет и покажет пачки, пачки, пачки. Некоторые мечтают: вот бы мне столько! И снова фантазия разыграется – не остановить.
Или мечта унесет далеко-далеко. В сказочные страны, где люди не знают страдания. И нужды не знают. И ты видишь себя среди этих счастливых людей. Тоже счастливым себя видишь.
Бывает и так: вытащишь в воображении большой чемодан, возьмешь из него денег – сколько надо, и улетишь в теплую страну на берегу океана. И по утрам, когда все еще спят, будешь ходить вдоль океанской волны. И любоваться.
В молодости люди мечтают о любви, как у Шекспира. Только без трагедии, конечно. Настоящая, красивая, всеобъемлющая. И слезы из глаз – от умиления.
Куда без славы? В молодости без славы никак нельзя. И милые молоденькие девочки видят себя в центре всеобщего внимания. И у них голова кружится.
И мальчики тоже о славе мечтают. Например, что они вытащили пятьдесят человек во время кораблекрушения. Все пятьдесят живы-здоровы. И мальчиков очень благодарят. А у мальчиков кровь стекает по лицу. И они скромно улыбаются.
Много о чем в молодости мечтается. Очень о многом. Душа готова к полету! К черту бурю, к черту вьюгу! Нам ничего не страшно!
Годы пролетят незаметно. И исполнится самая главная мечта, главнейшая мечта - в определенном возрасте: пенсия. Устали ноги и руки. И спина тоже. А голова устала мечтать. Ей нужна тишина.
Сидишь дома и охраняешь свою тишину. Щели закрываешь от негатива. Стараешься не думать о плохом. Гонишь от себя мысли о конечной остановке трамвая жизни. Отвлекаешь себя от этого.
Смотришь в окно: нет ли ветра? Не скользко ли? Зачем, ведь все равно из дома не пойдешь никуда?
Радуешься солнечному свету. Радуешься кошке на улице. Или маленькому ребенку. Радуешься звонку взрослой дочери. И тебе приятно, когда она ласково с тобой поговорит. От этого может даже сердце защемить.
И очень-очень обрадуешься, когда она вдруг позовет тебя к себе. На пироги.
И сердце распоется, если внуки улыбнутся тебе, встречая у порога.
Хорошо вдруг осознать, что эпидемия прошла мимо тебя. Не задела своим крылом. А еще хорошо переосмысливать прошлое. Выдавливать из него плохое, а хорошее оставлять. Чудесно вдруг получить письмо от очень замечательного человека. Ты забыл уже про него, а он тебе напишет.
А еще лучше – увлечься чем-то самозабвенно. И в зрелые годы вдруг обрести хобби, до которого раньше руки не доходили. И понять, что твоя жизнь продолжается. Что есть еще порох в пороховницах.
Сказочно понимать, что на склоне твоих лет есть люди, которым ты можешь посмотреть в глаза. И они их не отведут. Пусть их мало. Пусть. Мал золотник, да дорог. И этот «золотник» серьезно так спросит: а у тебя все хорошо? Нет, ты скажи откровенно, у тебя все хорошо?
И тогда ты понимаешь, что не надо большого чемодана с деньгами. Потому что ты свой билет уже давно оплатил. И ехать тебе недалеко. И слава не нужна. Зачем она? Разве сравнятся деньги и слава с глазами, в которые можно посмотреть? Разве они нужнее руки, которая ляжет тебе на плечо и согреет своим теплом твое сердце?
Нет, пусть все чемоданы летят себе к другим, к тем, кто молод. И волнуют их воображение. А мы поняли, что нет ничего ценнее родной души. Даже если эта душа – твоя собственная.
Правильно ли мы понимаем, что нам надо? "Очень хорошо тепло создать для себя. Самому".