Моих знакомых близнецов Мирабель и Анабель отправили в лагерь. Впервые. На первую смену и в отряд «Бобренки».
Собирали детей у метро, рассаживали в автобусы, родители фальшиво утирали слёзы, а сами мысленно вопили: «Йес!!! 21 день свободы!!! Ша-ла-ла…» и заговорщицки щипали друг друга за спинами детей.
Рядом стоял пухлый мальчик со своими родителями. Когда вожатая подошла к ним, мама мальчика достала из-за спины большой пакет магазина О’кей и обратилась к вожатой: «У нас к вам огромная просьба! Наш Миша всегда очень тяжело просыпается, поэтому, разбудив, мы всегда даём ему что-нибудь вкусненькое, просто, чтобы он проснулся. Здесь все полезное – шоколадки, зефирки, печеньки, мармеладки, из расчета на 21 день, я все подписала, вам не трудно будет давать это Мишеньке по утрам? А то он и до вечера может не проснуться, ха-ха».
Вожатая удивилась, но пакет взяла. Миша проводил его внимательным взглядом. Сочтя беседу исчерпанной, вожатая пригласила его в автобус. Но мама достала из-за спины второй увесистый мешок из магазина О’кей…
«Вы извините, – сказала мама, – но раз уж вы так любезно согласились выполнить нашу первую просьбу, у нас к вам ещё одна.
Понимаете, мы внимательно изучили распорядок дня в лагере, и считаем, что он слишком насыщенный! Ещё и дискотека вечером… У Мишенька может не хватить сил на такую нагрузку. Поэтому мы очень вас просим – давайте ему что-нибудь из этого мешка на полдник. Мишенька такой желанный и любимый ребёнок, мы следим за его питанием и тут ничего вредного – орешки, зефирки, мармеладки, но это поможет ему продержаться до отбоя. Тут я тоже расписала все по дням». Миша проводил внимательным взглядом второй мешок.
Мирабель и Анабель, отвесив челюсти, следили за переговорами, а их мать тем временем шептала им в ухо: «Ну, вы поняли, с кем надо дружить в лагере?»
Сгибаясь под тяжестью двух мешков, щуплая вожатая хотела было слинять, но тут вперёд выступил Мишенькин папа, и тоже, не поверите, с мешком О’кея.
Папа был более краток. Он сказал: «Понимаете, мы никогда не расставались с Мишей, и он, разумеется, будет очень грустить. Конечно, детей в отряде много, но очень просим вас замечать у него эту минутку грусти и давать ему сладости из этого мешка, здесь все расписано по дням!»
Но мать Мирабель и Анабель конца разговора не слышала, потому что уже мчалась в ближайший магазин, где накупила все только самое полезное – мармеладки, зефирки, шоколадки, костеря на все лады Мишу и его родителей. А то, сердце бобренковой матери не камень, едрит твою налево.
Когда вернулась, Мишенька хищно просканировал мешок близнецов. Вероятно, подходило время минутки грусти…
Ирина Бондаренко