Найти в Дзене

Иногда бывают такие ситуации, когда на тебя как обычного человека сваливается большая ответственность

Иногда бывают такие ситуации, когда на тебя как обычного человека сваливается большая ответственность.
Например, ты простой журналист и твоего коллегу посадили в тюрьму, подбросив наркотики. И вот ты поднял таких масштабов протест, которого не было никогда вообще, вдруг вся страна стоит на ушах. С тобой энергия и сила сейчас, власти бегут — целый министр виновато рассказывает, что мол да, подбросили, виновных накажем, коллегу отпустим.
И вот ты сидишь вдруг с огромной силой и что тебе делать дальше?
Журналисты Медузы приняли решение отказаться от продолжения этой истории. В таких ситуациях важно, что делают те, вокруг кого эта сила возникла. Те, вокруг кого она возникла в этот раз сказали: сидите дома, нашего отбили, всё норм, мы не активисты, дальше не боремся.
Почему это получилось? Потому что журналисты не умеют заниматься политикой. А политиков у нас не уважают, и перед действиями никто не пошёл с политиком посоветоваться.
Политик бы сказал, что останавливаться сейчас нельзя. Ч

Иногда бывают такие ситуации, когда на тебя как обычного человека сваливается большая ответственность.
Например, ты простой журналист и твоего коллегу посадили в тюрьму, подбросив наркотики. И вот ты поднял таких масштабов протест, которого не было никогда вообще, вдруг вся страна стоит на ушах. С тобой энергия и сила сейчас, власти бегут — целый министр виновато рассказывает, что мол да, подбросили, виновных накажем, коллегу отпустим.

И вот ты сидишь вдруг с огромной силой и что тебе делать дальше?
Журналисты Медузы приняли решение отказаться от продолжения этой истории. В таких ситуациях важно, что делают те, вокруг кого эта сила возникла. Те, вокруг кого она возникла в этот раз сказали: сидите дома, нашего отбили, всё норм, мы не активисты, дальше не боремся.

Почему это получилось? Потому что журналисты не умеют заниматься политикой. А политиков у нас не уважают, и перед действиями никто не пошёл с политиком посоветоваться.
Политик бы сказал, что останавливаться сейчас нельзя. Что в тюрьмах сидят десятки тысяч людей, которым подбросили наркотики точно также, и сядут за год ещё тысячи и тысячи, и мы сейчас, именно в этот один день, пока вся страна на ушах, можем всем этим людям помочь. Это наша обязанность и ответственность, мы это должны сделать для страны. Не для себя, не для журналистики, не для Голунова, а чтобы жизнь в стране стала лучше.
Редко выпадает такой случай и сейчас он выпал, мы должны не упустить, сказал бы политик.
Мы не должны дать людям ни малейшего повода успокоиться, сказал бы политик. Мы должны теперь, когда отбили Голунова, найти ещё 5 историй таких и добиться того, чтобы Ъ, РБК и Ведомости вышли опять с такими же заголовками, но про них, – сказал бы политик.
Мы должны добиться декриминализации всей этой статьи, сказал бы политик, мы должны собрать всех, кто участвовал в развитии этой штуки и внимательно теперь следить, чтобы больше никто за подброшенные наркотики не сел, сказал бы политик.
Мы должны открыть организацию, которая принимала и изучала бы жалобы людей, сидящих за подброшенные наркотики, а также боролась бы за декриминализацию и за преследование ментов которые их подбрасывают, и назвать мы эту организацию должны «фонд Ивана Голунова», сказал бы политик.

Только с политиком никто не посоветовался. А Илью Азара, который единственный среди всех вовлечённых в ситуацию журналистов действовал как политик из-за своего опыта депутатства, никто не послушал. И зря