Я написал ей, что стал часто представлять, как кого-нибудь убиваю. Она ответила, что беспокоиться нужно будет начать, когда появятся лица.
Лиц пока не было. Не было у меня ни воли, ни денег, ни планов.
-Я нищий, уходи.
-Ты ещё кулаком по столу стукни.
Глухой звук. В доме - одни коробки, которые лень распаковывать. Дом - типичный хостел: я не помню людей, которых встречаю утром, направляясь на кухню. Я не помню, с кем и о чем говорил ночью. Я не помню человека в зеркале.
-Я рада, что у тебя все наладилось.
Она ставит пакет на стол. Почему всегда на стол? Почему не на пол, как нормальные люди? В пакете что-то вкусное и жидкое. Она тяжело сглатывает комок в горле и нежно улыбается. Мы начинаем играть в игру "у меня все в порядке".
У нее - лихорадочно блестящие глаза и ноги в синяках.
У меня - огрызки воспоминаний и капающий кран.
-Могу починить, только попроси, - она закатывает рукава.
-Я и сам могу, ты же знаешь. Просто пока это не приносит больших неудобств.
Большие неудобства приносил несуразный календарь в прихожей и страх.
-Боитесь календаря? Что ж, интересно, интересно.
-Ничего ему не интересно, это же старый докторишка-маразматик. Эй, пошли лучше выпьем пива.
-Возвращайтесь поскорей, молодой человек, вам нужна помощь.
-А тебе нужно съездить по морде, вам всем лишь бы денег выкачать побольше, знаем мы таких.
Много странных людей.
Дверь скрипит, я в непонятной тревоге бегаю пальцами по всем окружающим предметам. Она курит и не забывает улыбаться мне каждые полминуты. Одна сигарета - шесть улыбок.
-Боюсь представить, что ты сейчас чувствуешь.
-Да все ты прекрасно знаешь.
Мне тоскливо от этого. Это скучно. И я не уверен, что страх - хуже.
Календарь облетает, и теперь я ничего не приклеиваю обратно. Я взрослый. Самый взрослый и большой в этом мире. Так что мир выплевывает меня за свои пределы, как ребенка - уродца.
-Мы поедем на море. Море сейчас хорошее, -она лениво ковыряет меня глазами, зная, что не найдет там ничего нового и интересного.
-Да, милая, конечно.
-Тебе станет лучше. Всем станет лучше.
Она по-хозяйски раскладывает вещи в квартире. Натыкаясь на очередных шлюх, по-прежнему верит, что настоящая реальность все еще не наступила.
-Это все подготовка, ты же знаешь. Испытания, с которыми мы обязательно справимся.
Я киваю, рисуя круги на обоях.
Она выходит замуж за однокурсника, звонит мне ровно раз в неделю, раз в месяц - зовет в бар. Я день за днем питаюсь комками в горле.
Успокаивает меня: еще не наступила.
Я убрал несчастный календарь, вернулся к доктору, с пивом. Он признался, что у него тоже не наступила, и потом, почему-то, долго-долго плакал.
Она родила ребенка и завела собаку. Мое существование - бесконечное подглядывание за занавеску. Мимо протекают машины, люди, годы и что-то очень важное.
Я выгнал всех из квартиры. Я продал все, хоть что-то стоящее. Я не мог спать нормально уже несколько недель - мне снились кошмары, что-то поглощающее и манящее одновременно. Теперь я был абсолютно уверен. Я проснулся в холодном поту длинной осенней ночью и набрал ее:
-Привет. Знаешь, лица наконец-то появились.
