В этом рассказе описываются события из моей жизни в период с 1943 по 1945 годы.
В сентябре 1943 года я стал учиться на 1-ом курсе Электромеханического техникума, который находился на Большой Грузинской улице, в здании храма не далеко от Тишинского рынка. В этот период менялся мой характер и взгляды на жизнь. Я стал хорошо учиться, приступил к изучению английского языка, вместо немецкого языка, который мне уже надоел, так как я его не учил и получал по нему неуды.
Изменилось и моё отношение и к девочкам, т.е. вместо дистанционного вздыхания я перешёл к более активным действиям. Всё началось с физики, которую, по началу, у нас никто не понимал. Меня уговорили задавать учительнице вопросы. Я так увлёкся этим занятием, что стал даже понимать и учить физику, а учительница перестала меня спрашивать, и просто ставила мне отличные оценки. Это её доверие заставило меня учить физику, а также и другие предметы. В результате я стал хорошо учиться, и мне даже самому понравилось готовиться к занятиям. Мне тогда казалось, что хорошо учиться это не так уж и трудно, и я думал, что уже готов к любым жизненным сложностям.
Интересна была бытовая обстановка того времени в Москве. Так, например, на каждом углу можно было купить и выпить рюмку вина или водки. В метро мне удавалось ездить без билетов, говоря контролёру на входе эскалатора, магическое слово «Проездной», а в каждом местном клубе для начинающих была школа танцев, в которой учили обычным западным танцам.
Фото №1 Наша группа, Юля сидит второй слева
В этот период мне очень нравилась одна из девушек в нашей группе, которую звали Юля (фото №1). Я пытался всячески показать ей моё расположение, но, к сожалению, не я её тогда интересовал. Однажды она мне прямо сказала, что ей больше нравится мой друг Саша Масловский, которому же она была практически безразлична. Это меня немного воодушевляло, и я продолжал уделять ей максимум внимания. По её просьбе, я вытащил на физике сразу два билета, причём один из них предназначался для Юли. По нему я и подготовил, её к экзамену, обеспечив ей, таким образом, хорошую оценку.
Шла война, и весной призывали в армию ребят 1926 года рождения, а более молодых ребят отправили летом на военные сборы, которые проходили на полигоне в подмосковном посёлке «Челюскинцы». Учили нас разбирать и собирать винтовку образца 1896 года, а также серьёзно муштровали строевой подготовкой.
Пока мы были на сборах, девушек послали работать на лесозаготовки. После военных сборов ребятам предложили заменить наших девушек. Но получилось так, что на лесозаготовки должны были поехать только я и мой друг Саша Масловский, а остальных ребят решили не трогать. Это было явно не справедливо, и мы, естественно, отказались. Нас решили наказать, и не выдали нам рабочие карточки. Мы потребовали письменного разъяснения. В этом письменном разъяснении было написано, что карточки нам не выданы в связи тем, что мы уволены. На основании этой справки нам выдали в домоуправлении иждивенческие карточки. Мы же решили не возвращаться в техникум, а пошли учиться в 10 класс школы. В то время в Свердловском районе Москвы, где мы тогда жили, был один мужской 10 класс и только в одной школе. Нас приняли в этот 10 класс на основании того, что мы окончили один курс техникума. В мужском 10 классе, кроме нас, было ещё всего 8 человек. Учиться же в 10 классе, оказалось, намного сложнее, чем в техникуме. Всю эту школьную нагрузку я еле тянул. А тут возникли новые обстоятельства, из-за которых я перешел учиться из школы на подготовительное отделение института.
Всё началось с того, что маму и меня пригласили на первый день рождения сына маминого двоюродного брата Вадима. Он тогда находился в Москве, так как был призван в армию, и направлен на работу преподавателем в московское танковое училище. В этот день, кроме нас с мамой, пришла ещё к ним сестра жены Вадима, которая работала преподавателем в МАИ (Московский Авиационный Институт). Она предложила мне пойти учиться на подготовительное отделение МАИ, где готовили ребят для сдачи экзамена на аттестат зрелости. На подготовительном отделении давали рабочую карточку на продукты и платили стипендию. Меня приняли на подготовительное отделение МАИ по справки, что я учусь в 10-м классе. В тот период многие вопросы решались достаточно просто на основании простых справок. И так я поступил в МАИ, где я и проучился, в общей сложности, семь лет.
На подготовительном отделении МАИ было значительно легче учиться, чем в 10-м классе средней школы. Кроме того, я снова получил рабочую карточку и стал получать стипендию, хотя в тот период, раз в квартал надо было платить за обучение, на что уходило половина получаемой мною месячной стипендии.
Всё, вроде бы хорошо, но я сам накликал себе приключения. Это связано с тем, что я плохо видел без очков, которые практически никогда не носил. В результате я не видел, и, соответственно, не читал объявления. Между тем, в объявлениях было написано, что надо взять в отделе кадров справку для представления в военкомат. По этой справке студентам давали отсрочку от призыва в армию. Я такой справки не взял, и меня призвали в армию. Получив повестку, я зашел в отдел кадров, где мне сказали, что я не подлежу этому призыву. Я успокоился, и не пошел по повестке в военкомат. Однако за мной пришел милиционер, отвел меня в парикмахерскую, где меня подстригли наголо, и отправил в военкомат. Я так бы и попал на фронт, но вмешался мой дядя Вадим, который взял в институте нужные справки, и отнёс их военкому. При наличии этих справок, и ходатайства от Вадима, который был в звании капитана, меня вызвали на комиссию при военкоме, которая и освободила меня от призыва в армию, и разрешила продолжать учёбу. Итак, это приключение закончилось благополучно.
Однако мои приключения того периода ещё не кончились. Среди учащихся подготовительного отделения было сильно желание не поступать в МАИ, а пойти учиться в другой ВУЗ. Для этого надо было сдать экзамены на аттестат зрелости в общем потоке, которые проходили в мае, а не откладывать это дело до августа, когда планировались экзамены для учащихся подготовительного отделения. Я решил участвовать в этой авантюре. Для выполнения этой задачи, я, недолго думая, исправил все оценки в моем документе за 8-ой класс, дописав в нём необходимые оценки за 3-ую и 4-ую четверть, а также надписал, что это не 8-ой, а 9 ей класс. Взял этот липовый документ и сдал его в школу, где принимали экзамены на аттестат зрелости. Накануне первого экзамена по русскому письменному, я готовился вместе с Сашей Масловским, который тогда остался в 10-м классе, и официально готовился к этому экзамену. Он откуда - то знал темы сочинений, и я подготовился и даже написал хорошее сочинение. Однако после экзамена меня вызвали в дирекцию, и потребовали, чтобы пришла моя мама. Ей объявили, что мои документы поддельные, и мне запретили сдавать остальные экзамены, а также вообще сдавать в этом году экзамены на аттестат зрелости. Я, конечно, расстроился, пришел домой и лег спать, а утром вернулся в свою группу на подготовительном отделении МАИ, и продолжил там своё обучение.
В августе я сдал экзамены на аттестат зрелости, отметки по которым были автоматически переданы в приёмную комиссию МАИ. Этот аттестат я никогда в жизни и не видел, так как тогда мне его не показали, а потом он мне вообще был не нужен. Приёмные экзамены в институт были для нас простой формальностью. Мы сдавали только письменные экзамены. Я решил все задачи по математике, и написал сочинение всего на одной страничке. Отметки нам не объявили, но всех приняли на факультеты, на которые мы хотели. Я поступил на приборостроительный факультет. При этом меня зачислили в группу радиолокации. И так окончился первый год моего обучения в МАИ, кончилась война, и я стал студентом.