Ближе к обеду, держа под мышкой свёрнутую постель и с вещевым пакетом в руках, в палату вернулся Анатолий, отбывший двухсуточный карантин. Приветствовать нас он не стал, а просто зашёл, будто выходил на минуту, и, не теряя времени на соблюдение условностей «протокола», немедленно начал располагаться. Виталий, получив выписку, уже возвращался домой. Среди оставшихся — Владимир, как всегда, спал, мне было всё равно, а Равиль собрался было поздороваться и справиться о здоровье, но, увидев, что на него не обращают внимания, остановился и продолжил наблюдать молча. Разместив вещи в тумбочке, которую они с Виталием делили одну на двоих, но теперь перешедшую в единоличную собственность, Анатолий принял своё обычное положение — улёгся на кровать и принялся в свою очередь наблюдать за нами. Равиль был удивлён холодностью встречи, но жажда общения не покидала его. Расхаживая по палате, он стал искать повод обратиться к Анатолию, и, кажется, придумал: — А у тебя зубная паста есть? — Нет, — ничут