20 июня в Армении пройдут досрочные парламентские выборы, обусловленные политическим кризисом в стране после поражения в последней Арцахской войне. При всей трагичности ситуации, данные выборы совсем не похожи на судьбоносный "День X", а больше смахивают на принуждённый системой трагикомедийный акт, когда вроде и смешно, но и страшно одновременно.
Политическая система Армении к таким выборам не была готова. Все президентские и парламентские выборы в стране до нынешнего дня никогда не стояли на пороге системного кризиса, разве что кризиса управленческого или властного. Таковы были итоги выборов 1996 и 2008 годов, закончившиеся массовыми протестами и их кровавым подавлением. Тем не менее, от этого был итог: первые привели Левона Тер-Петросяна к отставке, вторые "разрыхлили" страну, вынудив Сержа Саргсяна пойти на условную либерализацию.
В нынешней ситуации никаких положительных перспектив от победы какой-либо партии не наблюдается, тем более, от какого-либо акта насилия. Страна связана по рукам главной повесткой выборов – Арцахом. Повесткой, в которой Армения не является единственным субъектом. Можно много говорить о борьбе с коррупцией и за демократию, но не просто говорить о разрешении вопроса, в котором нужно учитывать напрямую фактор России и критически недостающих средств.
Соответственно, политические программы кандидатов одновременно равны, так как каждый из них клянётся быть спасителем Армении и Арцаха в разной степени и, одновременно, умножены на ноль, так как никто из нынешних политических игроков не обладает ни ресурсами, ни волей, ни разумом, чтобы добиться того популистского максимума, обещаемого избирателям.
Выборы эти можно легко описать одним словом – апатия. Выборы не только неинтересны из-за физиономий кандидатов, но из-за некоего естественного понимания электората в том, что были бы выборы, не были бы они – для него, ленивого и апатичного, ничего бы не изменилось. Накал эмоций закончился ещё в декабре, теперь же время самообмана и манипуляции, делать вид, что "и так проживём".
Соответственно, "я сам обманываться рад". Этим и пользуются кандидаты, низводя политическую культуру до состояния шумного спора в дачной беседке друзей-пенсионеров. Тонна популизма, перекидывания стрелок, всяких фразеологизмов и оскорблений, скрытых подкупов, сворованных агиток, истеричных воплей, дешёвых технологий и это при нулевых навыках ведения предвыборной кампании.
А что удивляться? Опыта у власти справляться со стратегическими задачами нет. В элите что при ЛТП, что при Кочарян-Саргсяне, что при Пашиняне находятся те, кто отдалял решение этих вопросов до того самого дня, когда будет либо слишком поздно (так, что они не при делах), либо когда они уже изойдут с этого света, оставив потомков копаться в созданных ими условиях. Соответственно, беспокоились элиты лишь о том, как раскрутить тему Арцаха в свою пользу, нежели как раскрутить сам Арцах, ибо было придумано 250 причин, почему власть "решила, что можно ничего и не решать".
Оппозиция если и была, то могла играть роль лишь антагониста, так как сами её представители либо косвенно, либо прямо имели отношение к каким-то политическим группам. Гражданское общество само по себе не существует, но с него и за его счёт активно разрастались эти самые оппозиции, остававшиеся в поле таких же политических мыслей, что и их оппоненты. Отдельные активисты и деятели же напоминали бродячих ораторов на Ближнем Востоке, с которыми хоть и соглашались в нутре, но побивали камнями от страха ответственности и возможного посягательства на образ жизни.
Также неудивительно, что у Пашиняна больше всего шансов остаться у власти. Электорат тут несколько видов: одна часть представлена классическим, по бытовому циничным, гражданином постсоветского мира, который выбирает действующую власть, потому что боится неизвестности новых. Другое дело, что в Армении никто не нов и данная часть граждан знает, кто будет, если не Пашинян. Вторая часть, такая же по размерам, представлена его мини-версией, теми, кто поступили бы абсолютно также на его месте, будучи чрезмерно самоуверенными в себе сторонниками ЕЕЧ ("Еркире Еркир Чи"), а то и радостные мерзким смехом, что с них сняли обузу Арцаха. Оставшаяся же часть – это по-колхозному наивные поклонники, думающие, что за всё в Арцахе он не причём и чуть ли не видящие в нём эталон мужества, прости Господи.
У Кочаряна электорат не лучше. Во-первых, это вот то самое "охранительство", те самые псевдо-патриоты, которые при ответе на вопрос "Кочарян или Армения?" ответят "Кочарян – это Армения!". Они даже могут верить, что всё в Арцахе есть дело рук Сороса, хоть и прекрасно знают правду, думая, что, играясь в грязные фейковые войны, они занимаются "real politics". Во-вторых, это те, кто ненавидит Пашиняна ещё с 2018 года за то, что тот не посадил всех робосержей в тюрьму и видящие в нём тряпку. Но пойдут за Роберта голосовать, так как он "не Серж" и "герой Арцаха", с намёком, что "он хоть и гад, но умный гад". И третьими же будут те же ЕЕЧ-исты, только эти чуть больше презирают собственный народ, мол, он "привёл пашика" и в большей степени ищут "твёрдую руку господина" над собой.
Что это показывает? Что никто не готов поддержать кого-либо по сильным причинам, исключительно через самообман и какие-то уступки самому себе. Учитывая, что на этих выборах хотят быть 23 партии, то цирк окажется и электоральным, когда голоса рассыпаются настолько, что почти никто и не попадёт, а то придётся и второй тур вести. Этим данные выборы от старых не отличаются: всё так же тема Арцаха используется для праздного дня выборов, а потом вся это мишура бесследно куда-то исчезает.
Артур Акопян
ИАПС Антитопор