Я хожу в лютеранскую церковь. Это не пропаганда веры, пропаганда Б-га и иные лейтмотивы - это желание окунуться в определенную культуру, почувствовать себя в связке с определенными людьми и ощутить причастность к происходящему. Я долго сомневалась и металась по данному поводу, пока... пока со мной не произошел один коварный случай.
Снег в Батайске опоясывал мою куртку, проходил по щекам и улыбке - я шла по железнодорожному мосту, который соединяет две половины города - "ту сторону" и мой центр. За мостом неспешно гудели электрички до Краснодара и Сочи, а вдали серыми огоньками блестел Ростов-на-Дону. Мне было холодно, я после работы; в наушниках играла старая композиция Joan Osborne - One of Us. Атмосфера была весьма понятной.
If God had a name what would it be?
And would you call it to his face?
Я помню ее с детства, когда её ставили на кассетные магнитофоны, с ними - выходили на улицу, а мы, с парой ребят, совсем маленькие, обсуждали поступки Робин Гуда - благородный он разбойник, или нет. А что такое Б-г?.. Не волновало. Только ритм, пронизывающие аккорды и южное солнце, светившее прямо в детство.
And yeah, yeah, God is great
А, может, Б-г действительно среди нас и мы его чувствуем?
- Нет, - в телефоне появилось сообщение от давней подруги, - Вик, ты умный, взрослый человек, а говоришь так, словно веришь во что-то. Это же не научно. Разве ты не агностик?
- Послушай, желание узнать, откуда мы и кто мы, всегда было движимым в людях, - пальцы замерзали, набирая сообщение, - да и... многие религиозные течения тоже объединяли в себе желание увидеть Б-га как человека.
- Вик, я тебя не понимаю, но то, что ты веришь - это... здорово, но я это не понимаю.
На этом уведомлении мой взгляд переместился на мост, где шла какая-то фигура, закутанная в кокон из пледа.
What if God was one of us?
Just a slob like one of us
Just a stranger on the bus
Tryin' to make his way home?
Фигура приблизилась ко мне, оказавшись... маленькой девочкой - подростком в пижаме с котиками, тапочках и волосами цвета пшеничного поля. Она шла гордо, словно расправив крылья, а я, при зрении в -3, не сразу поняла, кто это - весьма много маргинальных личностей было на мосту.
Поравнявшись со мной, девочка показала мне язык, закричав - Завидуй! - и устремилась далее по снегу, крепко держа в руках одеяние. Да, действительно пижама, без куртки, голые ноги в тапочках... погодите... в Батайске... в такую погоду... Пару секунд я продолжала на нее смотреть, не понимая, почему в декабре, в снегопад проходит... данная особа. Как ей не холодно? Что ею движет?
А потом - как это внезапно бывает - дошло.
If God had a face what would it look like?
And would you want to see if, seeing meant
Каждую мессу я стою со внутренней улыбкой, повторяя каждый гимн, закрывая глаза и вслушиваясь в проповедь. Рядом со мной сидят те, кто пришел просто посмотреть на убранство кирхи, а некоторые - неторопливо перебирают в руках Священное Писание, отыскивая нужные закладки. Другие - счастливо улыбаются, зная, что мы в прошлый раз виделись в это же время, на этом же самом месте.
Раздаются звуки органа и пение прихода. Кто-то зашевелился, перебирая сборник гимнов. Возможно, в том ряду ко мне обернется та самая девочка - или похожая на нее - и скажет - Завидуй!
А что же... я и буду завидовать. Нельзя не завидовать тому, что гораздо выше тебя, мудрее тебя и старше, пусть и является маленькой незнакомкой во втором ряду.
Мне кажется всегда, что верить - это просто - это клетчатый плед в руках незнакомки, замерзшие пальцы и та ребячливость, свойственная очень немногим людям; это что-то мое, что каждый раз отзывается, когда я иду по улицам, и солнце светит, словно мне снова пять лет - как в детстве светит; это пение в кирхе, душевные разговоры за проповедью и ощущение полета, чего-то безумно важного и нужного, как снег на ресницах в ту ночь.
Оу, кто-то обернулся, когда мы запели новый гимн. Один раз на мессе мне действительно показали язык, но это уже другая история...
И я напоминаю каждый раз, задавая себе и другим вопрос - у каждого свой Б-г, верно?
