Саммит G7 в Великобритании ознаменовался попытками США создать альтернативу китайскому проекту «Один пояс и один путь», пишет The New York Times. Как отмечает издание, эта задача будет нелёгкой: многие европейские страны имеют обширные экономические связи с Китаем и не поддерживают конфронтацию с Пекином. Кроме того, подход Китая более привлекателен для развивающихся стран.
На саммите G7 богатейшие страны мира впервые обсудили создание альтернативы китайскому проекту «Один пояс и один путь», пишет The New York Times. Как отмечает издание, Джо Байден сделал противостояние Китаю и России приоритетом своей внешней политики: при этом между Вашингтоном и его союзниками нет единства по поводу линии в отношении Пекина.
По своему масштабу проект «Один пояс и один путь» значительно превосходит «план Маршалла», с помощью которого США помогали странам Европы восстановиться после Второй мировой войны. Пока неясно, смогут ли западные демократические страны создать сопоставимый по значимости проект, отмечает The New York Times. План, разработанный Вашингтоном, подразумевает объединение уже существующих проектов в США, Европе и Японии, а также стимулирование частных инвестиций.
Как пишет издание, члены G7 беспокоятся по поводу того, что КНР резко увеличивает своё влияние в развивающихся странах с помощью инвестиций. При этом представители Германии, Италии и ЕС были озабочены необходимостью рискнуть своими торговыми сделками с Китаем, отмечает The New York Times, ссылаясь на информацию от лиц, присутствовавших на полях саммита.
Отсутствие единства по отношению к КНР объясняет, почему Западу до сей поры не удавалось создать общей инициативы в противовес «Один пояс и один путь», пишет The New York Times. Издание отмечает, что европейские страны, в отличие от США, воздерживаются от жёсткой риторики в адрес Пекина. По мнению ряда аналитиков, риск американского подхода (смесь разных программ) заключается в том, что для развивающихся стран более подходящим будет именно китайский вариант (всё в одном пакете). В Совете по международным отношениям (CFR) отмечают, что развивающимся странам больше нравится подход Китая, готового создавать то, что требуется заказчику, а не подход, при котором заказчику говорят, что ему нужно.
При этом Байден всё равно видит возможность создания такого проекта, поскольку европейские страны начинают осознавать опасность излишней зависимости от КНР, пишет издание. К примеру, Великобритания, ранее очень плотно сотрудничавшая с Китаем, теперь активно склоняется к линии Вашингтона, особенно в вопросе с китайским технологическим концерном Huawei. Однако Германия, для которой КНР является главным экономическим партнёром, активно противостоит новой холодной войне. То же касается и Италии, ставшей первой страной G7, присоединившейся к инициативе «Один пояс и один путь». Франция не присоединялась к проекту, но приветствует китайские инвестиции.
По словам бывшего посла ФРГ в США Вольфганга Ишингера, для Вашингтона будет лучше, если европейские страны согласуют общую стратегию в отношении Китая. Впрочем, проще сказать, чем сделать, отмечает The New York Times.
К примеру, Великобритания сблизилась с США во многом не из-за осознания риска зависимости от Китая, а из-за давления Дональда Трамп и боязни остаться в изоляции после брексита. Германия также вряд ли изменит свой курс даже после ухода Ангелы Меркель, поскольку её вероятный преемник Армин Лашет придерживается схожего мнения по Китаю. По другому обстоят дела во Франции, где набирает силу правое крыло в главе с Марин Ле Пен, заявляющее о необходимости противостояния КНР.
Камнем преткновения на пути роста китайского влияния в Европе могут стать права человека, пишет издание. К примеру, недавно Европарламент отказался ратифицировать крупное инвестиционное соглашение с КНР из-за ситуации с уйгурами. В ответ Китай ввёл санкции против десяти политиков из ЕС.
Аналитики также отмечают, что Джо Байден сменил свой тон в адрес Китая, поскольку прежняя риторика Вашингтона о борьбе демократий и автократий смущала европейских союзников. Теперь американский президент фокусируется на общих идеях, говоря о необходимости поддержки и продвижения демократии в мире. По словам аналитика Роберт Ниблетта, «США становятся большими реалистами, отходя от радикальной линии в отношении КНР, а ЕС — отходя от мягкой линии».
Источник
13 июня 2021