Артподготовка началась ровно в 7 утра по команде командира. Мы с товарищами с нетерпением ждали этой минуты, поскольку немцы совсем обнаглели и со своего переднего края обстреливали нас ос своих пулеметных точек. Этот величественный момент, когда десятки снарядов со свистом направились в сторону врага, был самым приятным на тот момент звуком. Товарищи воодушевленно закричали и с криками ринулись вперед.
Я перебрался через бруствер и тоже помчался в атаку. Артиллерия медленно перевела огонь вглубь немецких позиций и мы, радостные быстро достигли крайней немецкой траншеи. Было радостно осознавать, что первая линия была захвачена. Главное пулеметные точки были уничтожены.
- Ну теперь держитесь немцы! – закричал мой товарищ Валька Смирнов. – Ох артиллерия! Ну молодцы!
- Да! – поддержал я товарища. – Хорошо наши им свинца поддали!
Артиллеристы тем временем наращивали интенсивность обстрела и все более углублялись в немецкие укрепления.
Бой наращивал темпы, немцы которые смогли укрыться от обстрела стали выскакивать из своих укрытий. Только сейчас мы с товарищами поняли, что оказались в самой гуще военных событий. Часть немецких солдат осталась позади, часть ушла вперед, а мы оказались примерно посередине.
Пришлось занимать круговую оборону. Мы закрепились в одной из траншей и стали отстреливаться от разрозненных групп немцев.
В это время послышался гул самолетов. Я перевел взгляд в небо и увидел группу немецких штурмовиков, которые шли прямиком на наших артиллеристов. Теперь мы сами оказались в огромной опасности. За три захода штурмовики полностью уничтожили нашу батарею и артподготовка враз стихла.
- Рано обрадовались! – закричал товарищ. – Чувствую немцы нас перехитрили.
Я так подумал, что недалеко в лесном массиве у немцев был замаскированный аэродром с самолетами. Артиллерия, открыв огонь, обнаружила себя и стала легкой добычей для вражеских штурмовиков, которые были, как оказалось, на готове.
- Поддержки нет, мужики! – закричал командир. – Теперь своими силами!
Хорошо немцев, как и нас осталось также мало. С обеих сторон они обстреливали нас из траншей, но в атаку никто не торопился выходить. Постепенно бой стих окончательно и теперь обе стороны ждали атаки.
- Русс! – послышался вдруг голос с правого фланга. – Уходите к своим! Стрелять не будем.
- Ага! Разбежались! – шепотом проговорил Смирнов. – Мы только в полный рост, а они по нам из автомата.
Немцы еще несколько раз попытались нас обмануть, но в ответ так ничего и не услышали.
Наступила ночь, усталость давала о себе знать. Половина бойцов уже с вечера клевала головой. Командир распорядился выставить часовых, а остальным разрешил поспать. Я тоже прилег на широкую доску и укрылся старым бушлатом. Судя по всему, немцы тоже спали, поскольку наступила идеальная тишина.
Утром я проснулся от громкого смеха товарищей. Я открыл глаза и увидел, как несколько солдат ходят снаружи траншей и машут руками.
- Ушли немцы ночью! – ухмыльнулся Смирнов. – Мы думали они спят, а у них и след простыл.
Я не понял в связи с чем ими было принято именно такое решение. Только позже, когда мы обследовали их траншеи, поняли, что их командир был убит. Без командования немцы не решили ничего другого кроме как оставить позиции и направиться в тыл к своим основным частям. Нам это было только на руку, мы дождались пополнения и продолжили наступление.