«Медовая ловушка» - термин, определяющий достаточно специфический аспект в деятельности разведок. Этот прием известен едва ли не с древнейших времен...
Начальник РСХА Третьего Рейха обергруппенфюрер СС Рейнхард Гейдрих был помешан на женщинах. И хотя был женат на «холодной красавице нордического типа», он не пропускал ни одной юбки, которая привлекла бы его внимание. А потому не удивительно, что в один из дней ему пришла мысль организовать дом терпимости для избранных, где военные, политики, дипломаты, имели бы возможность полностью расслабиться и, естественно, выбалтывать что-нибудь, представляющее интерес для СД.
В фешенебельном районе Берлина через подставных лиц арендовали большой дом. Его переоборудование поручили одному из лучших архитекторов Берлина.
В помещениях дома были созданы максимально комфортные условия для отдыха и развлечений. При доме имелся целый штат поваров, официанток, кельнеров, горничных, которые могли обслуживать гостей по высшему разряду.
Дом получил название «Салон Китти».
Однако, одно дело придумать, и совсем другое воплотить придуманное в жизнь. Одно дело развлекаться с любовницами и совсем другое создать бордель.
И когда встал вопрос с кадрами, Гейдриху пришлось обратиться за помощью к Артуру Небе, шефу уголовной полиции, много лет проработавшего в бригаде по борьбе с пороками (исключительно кстати бесталанный и трусливый тип ). Небе подобрал «хозяйку салона» и собрал по городам Европы опытных «дам полусвета». Провели работу среди дам из высших слоев общества и выяснили, что многие из них готовы служить Рейху подобным образом.
Но развлечения развлечениями, а дело делом. Потому при переустройстве дома, для подключения сети микрофонов возвели двойные стены. Микрофоны автоматически включали магнитофоны, на пленку которых записывалось любое слово, произнесенное в доме. Аппаратурой управляли три техника из отдела Вальтера Шелленберга, отвечавшего за разведку.
Все дальнейшее происходило так, как и ожидалось в ведомстве Рейнхарда Гейдриха. Салон полностью оправдал вложенные в него средства. Лохов, особенно из числа дипломатов, как немецких, так и иностранных, оказалось больше, чем надо.
Гейдрих многое узнал о проделках министра иностранных дел Германии Риббентропа; получил весьма ценную информацию от министра иностранных дел Италии графа Чиано, и т.д.
Не забывал и про себя. В те дни, когда обергруппенфюрер лично посещал салон, техникам было категорически запрещено включать подслушивающую и записывающую аппаратуру.
Собственно такого рода «работа» велась и до Гейдриха и после него. Но никто и никогда до и после Гейдриха не делал это настолько явным аспектом высокой государственной политики и не использовал это как средство вербовки собственных сослуживцев.
(Источник: Вальтер Шелленберг)