Мужчина расчищал кладовку, мусор и рухлядь выбрасывал. Собрал большую кучу на дворе. Заметил тоненькую грязную книжку. Вероятно, детей. Открыл и начал читать. Наткнулся на слова, что человек «родился затем, что ли, чтоб поковырять землю, да и умереть, не успев даже могилу самому себе выковырять».
Прочитал и как с ума сошел. Он ведь точно так же. Что видел? С молодых лет работа и работа. И дома. То огород, то забор, то ворота. И под огород весной пахать. И ухаживать. Они с женой еще один участок себе отхватили. Всю молодость на это угробили.
Хозяйство сделало из них рабов. Под старость лет у обоих даже небольшие горбики появились.
Ничего не видали. Ничего! Никуда не ездили. Отупели оба от работы, руки цвета земли, глаза в землю смотрят.
И жена: моет, варит, парит, варенье и соленья, закрутки и прочее. Вечная забота о куске хлеба.
Правильно Горький в «Макаре Чудре» сказал, что человек – это раб. Всю жизнь о куске хлеба беспокоится.
И не читали ничего, и в стороне от культуры остались, двух слов не свяжут.
У него заболела душа. Показалось, что вся жизнь коту под хвост. Где-то есть театры, где-то растут пальмы, красивые умные люди говорят о красивых и умных вещах, а они с женой как были крестьянами, так и остались.
И дети по этой же тропинке пошли. И их такая же судьба ждет.
Вот что он видел? Сроду хорошей одежды не нашивал. Нигде не был дальше Крыма. В Питере и то не был. За всю жизнь только один раз на самолете пролетел. На поезде проехал несколько раз.
Вся жизнь – двор, огород, скотина и куры. Работа до отпуска. В отпуске работа дома. Вечно хлопочущая жена.
Ноги протянешь, «не успев себе могилы выковырять»! Замечательные слова!
Грязную книжку расправил рукой. Отнес в сени, положил на тумбочку. Рука не поднялась выбросить. Всем бы прочитать, чтобы задуматься о своем рабстве.
День закончился. Они сидели с женой в сумерках, не зажигая электричества. И он рассказал ей о своих думах про рабство и про ковыряние земли. Про то, что жизнь зря прошла. Что скоро помирать, а они, кроме грядок, ничего не видели. И чего старались? Жизнь же только раз нам дается. А они с женой ее профукали.
Жена ничего не сказала. Встала, принесла воды и полила цветы. Затем открыла ящики и достала чистое постельное белье. Постелила постель. Легла. Повернулась к мужу и сказала: «Иди спать ложиться. Хватит трепаться».
Обоим не спалось. Он чувствовал, что и жена не спит. Вздыхает. Затем повернулась к нему лицом и сказала: «Не всем Пржевальскими или Колумбами быть. Их Господь поцеловал. И у них назначение такое. А остальным Он повелел радоваться труду и земле. И детей вырастить. И картошку выкопать. Чего на великих смотреть»?
Помолчала и добавила, что она не рабыня. А делала то, что хотела, что ее радовало. И ей себя упрекнуть нечем.
Он встал, накинул на плечи старую телогрейку. Вышел во двор. На небе золотились звезды. Закурил и присел на ступеньку.
«Надо же, какая у меня жена-то умная! Пятьдесят лет вместе прожили, а я и не знал».
Возится по хозяйству, кормит семью, дом в чистоте содержит. И она не рабыня! Потому что Бог поцеловал на хозяйство, на детей, на мужа, на семью. Потому что все в семье начинается и в семье заканчивается. Надо же, какая жена умная! Кто бы мог подумать?