Важным фактором в формировании личности офицера в русской императорской армии и военно-учебных заведениях была повседневная жизнь воспитанников училища и нижних чинов. Причем важным фактором в этом контексте был так называемый «цук» как одна из форм неуставных отношений в военно-учебных заведениях дореволюционной России. Особое место в этой системе занимало Николаевское кавалерийское училище. Это было привилегированное училище в дореволюционной России. Фактически младший и старший курс в училище неофициально разделялся на «корнетов» и «зверей». Вот как это описывает один из выпускников училища Е.Вадимов:
«Они — корнеты; мы — звери, сугубые звери, вандалы, скифы, сарматы, пернатые, хвостатые, мохнатые. Мы добровольно избрали себе наш путь, ведущий в ряды офицеров Российской конницы — и идем к огненному чистилищу, через которое с преклоненной головой должен пройти каждый будущий, корнет…».
Поступающему «сугубому» сразу же предлагали сделать выбор как он желает жить «по закону» или «славной училищной традиции». Причем неподчинение традиции фактически означало для юнкера травлю и изоляцию от коллектива. Примечательно, что даже некурящие юнкера вступали в курительные артели с целью получить свое коллективе, заслужить уважение товарищей. Необходимо констатировать, что случаи возмущения «славной традицией» были очень редки, а обращение с жалобой к начальству считалось делом низким и недостойным. Неуставные отношения в стенах училища сопровождались легендарными и полулегендарными историями. Легендарное происхождение «зверей» и «корнетов» подчеркивало их обособленность: младший курс – «зеленый» и неопытный, а старший выступал в роли ближайшего начальства. Более того, считалось, что у «зверей» имелись хвосты, которые корнетам надлежало переступать. Причем привилегированное положение «корнета» описывалось следующим образом:
«В «славной школе» для корнета круг свободы был во всем, для зверей же всюду «veto» –и традиции кругом…».
При этом данное положение объяснялось требованиями кавалерийской жизни, то есть «Хочешь быть кавалеристом- исполняй их как все, не хочешь считай себя выбывшим». Согласно традиции, «зверю» следовало пройти особое «представление» своему «корнету». От него требовалось подойти к «корнету» и доложить, кто он и откуда прибыл. «Корнеты» встречали молодых не вполне любезно:
«Из какого болота пожаловали, сугубый? А ну-ка, вертайтесь на 360!».
Если рапорт был выполнен по всем требованиям, «корнет» подавал ему руку и называл свою фамилию. Юнкера переходили на «ты» и на языке школы становились «однокорытниками».
Таким образом, необходимость следовать традициям школы социализирующую функцию – знакомила юнкеров с юнкерской скамьи с жизнью кавалерии, а благодаря завязавшимся знакомствам юнкера впоследствии находили друзей в полках. Более того, отношение к будущему офицеру в полках определялось во многом благодаря отзывам его однокурсников.
Эти и некоторые другие элементы «цука» представляли сложный, но во многом необходимый феномен в жизни училища. Многие из выпускников указывали на его положительные черты. В частности М. Владиславович считал, что цук обеспечивал хотя и грубую, но селекцию лиц, способных исполнять приказы вышестоящих командиров. Цук приучал младший курс к военной дисциплине, а «корнеты» проверяли важные навыки, необходимые для последующей службы. По мнению Б.И. Бучинского, «традиции, дух и взгляды, бывшие особенностью Николаевского кавалерийского училища, несмотря на многие недостатки и даже смешные стороны их, все же способствовали скорее формированию положительных качеств в будущем офицере» .
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, также очень рад вступить с вам в дискуссию.....С уважением, Исторический магнат.