Мы с сыном ходим с разной скоростью. У него просто ноги длинные, а у меня не очень. И иногда я под него подстраиваюсь, а иногда он под меня. А в другой раз он чешет вперёд, а я плетусь сзади, потому что ну невозможно же.
Недавно у нас случился забавный диалог на эту тему. Илья в очередной раз ушел за километр от меня, а потом остановился и обернулся. Я неспеша к нему подошла и улыбнулась.
— Ты всегда так загадочно улыбаешься, когда я оборачиваюсь и жду тебя, — сказал Илья.
— Ну да. Что-то не так?
— Да, у меня ощущение, что когда я ухожу вперед, то ты в этот момент злорадно думаешь: «Наконец-то он отвалил, и я могу сама погулять, где хочу». И идёшь, гуляешь, улыбаешься, радуешься жизни. Как будто я тебе мешаю.
Я рассмеялась.
— Нет, совсем не так. Я думаю, что ты убежал так далеко, и вот, ты обернулся, и я радуюсь, что ты про меня не забыл. Я улыбаюсь тебе, потому что люблю.
Но однажды все пошло не по плану.
Мы гуляли по Петропавловской крепости, сын снова учесал вперёд, а я шла, наслаждаясь зеленью и красотой вокруг.
Вдруг я увидела Его
Знаете, иногда увидишь что-то или кого-то, и мир замирает. Птички перестают чирыкать, облака бежать по небу, а ветер прекращает дуть. Вот и тут также случилось. Я увидела статую Петра Великого. Обомлела.
Я забыла обо всем на свете, мне срочно нужно было к нему подойти и потрогать, иначе и жизнь — не жизнь, а так... Что за жизнь без тактильного контакта с Петром?
В общем, я свернула с тропы, которую проложил сын, и двинула навстречу мечте. То есть, мужчине. Ладно, это ж царь, надо думать.
Я подошла, начала разглядывать. Странный какой-то, голова маленькая, тело огромное, ручищи страшные, пальцы такие длинные, костлявые. Совсем не так я себе представляла великого царя.
Кто вдруг забыл, как выглядит Петр I, то вот.
Я стояла перед ним, разглядывала его туфли и жабо, его уши и носогубные складки. Какой-то не очень-то красивый и привлекательный царь. Суровый. Впрочем, че ж ему веселиться? Цари, наверное, не умеют радоваться. По крайней мере, ни на одном портрете ни один император не показывал мне свои зубы в широкой улыбке. А может, у него не было зубов? Надо загуглить.
Я минут пять зависала у памятника, размышляла о зубах и волосах императора. А потом пошла по обычному маршруту. Вернувшись на тропу войны, по которой шла ранее, я тут же встретилась с суровым взглядом сына, который стоял и ждал меня, в панике оглядывая окрестности.
Блин
Илья увидел меня и двинулся мне навстречу. Не было ни обвинений, ни истерик, ничего. Он тупо взял меня за руку и сказал, что теперь будет везде со мной так ходить.
А я подумала, вот же мужской подход. Я ж когда его сама потеряла, то возмущалась достаточно громко и театрально. Больше драмы. Больше.
А он так по-тихому решил свою проблему одним движением руки. Буквально.
Кстати, за руку мы ходили недолго, минут 10, а потом он успокоился.