День мой пошёл насмарку, стоило только явиться на работу. Не люблю ругань, бесконфликтный я, но у начальника, видимо, был хреновый вечер, вот мы и сцепились… Причина здесь не так важна, как последствия. День я провёл в недоумённом гневе.
К вечеру назрела обида.
И вот стою я у окна, дома уже, один-одинёшенек, взгляд устремив на соседку, что копошится в палисаднике. Она, согнувшись, увлечённо вырывает с корнем прошлогоднюю траву и швыряет её через подмышки, не глядя, под свой балкон. «Сублимирует тётка», - думаю как-то отвлечённо и прихлёбываю анестезию из стакана.
Внимание моё привлекает размытое движение, как раз на уровне второго этажа. Ёлка, от корешка до макушки метров пять, телепает стволом от резких выдохов северного ветра. Что-то есть в её трепете, что-то есть… Я почти рассмеялся, когда понял, что она театрально машет мне густыми лапами, кланяется обломанной вершинкой, трясёт пенопластовой кормушкой, повешенной детьми по весне. Я перестал быть одиноким, куда только девалась та горечь, секунды назад изъедавшая меня! Гибкие ветви, упругое тело существа, которое, казалось, слышит мои чёртовы мысли, тянулись ко мне, и я чувствовал себя хорошо. Я любовался этим изумрудным танцем, быть может, чуть злоупотребляя анестезией, но не в силах был противиться древнему магнетизму.
С трудом вырвавшись из первобытных объятий, успокоенный, я прошёл в другую комнату и принялся собирать с пола конструктор, которым вчера играл мой маленький сын. Здесь он строил домик, тут – гараж, а вот и пластмассовая ёлочка стоит у забора…
Я люблю тебя.
20.04.2021