В отличие от летописей, предназначенных для узкого круга интеллектуалов и правящего класса, былины транслировали представления и ролевые модели для широкого круга людей. В связи с этим сюжеты и герои былин отражали общественные настроения и особенности социального устройства разных русских земель.
Великий Новгород — наособицу
Исследователи отмечают, что былины киевского и общерусского цикла рассказывают о героических подвигах богатырей, их отношениях друг с другом в рамках дружины и с князем.
Великий Новгород был торговой республикой, где князь играл подчинённую роль, в отличие от городской купеческой прослойки, известной как «золотые пояса». Интересам горожан были ближе экономика и торговля, чем война. Поэтому в новгородских былинах практически нет героики, но много того, что можно назвать современным термином «история успеха». На это, в частности, указывает Сергей Азбелев, доктор филологических наук, профессор, ведущий научный сотрудник Института русской литературы РАН (Пушкинский Дом), профессор Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого.
Самым известным новгородским былинным персонажем является Садко — «богатый гость». Гость здесь означает купца, торговца. Происхождение Садко не вполне ясное, но он явно выходец из низших слоёв — в некоторых былинах он в начале пути вообще профессиональный гусляр. Потом с помощью ума, сметки, хитрости и толики везения Садко поднимается на вершину жизненного успеха, становясь одним из самых богатых людей Новгорода. При этом, он не делается владыкой или даже несомненным лидером. В частности, есть былина, в которой Садко бросает вызов всему Великому Новгороду в плане владения капиталом и проигрывает — город выше и больше любого горожанина и общественные интересы важнее, чем успех кого-то конкретно.
Ещё интереснее боярин Ставр Годинович — он не просто богатый человек, а занимается ростовщичеством, что в новгородских былинах совсем не порицается, скорее, наоборот. Заключение Ставра в темницу князем Владимиром можно трактовать как отражение конфликта между Киевом и Новгородом, который существовал в реальности. Причём, претензии киевского князя к новгородскому боярину носили материальную, имущественную основу.
И совершенно невозможно представить в киевских или общерусских былинах такого героя как Василий Буслаев, известного также как Василий Буслаевич. Он — безотцовщина, буян и хулиган. Но Буслаев встаёт на правильный путь, сделавшись ушкуйником — это особое воинское сословие новгородцев, защищавшее как город, так и купеческие караваны и лавки. В ушкуйники шли добры молодцы без роду-племени, младшие сыновья бояр, которым не светило стать наследниками отцовских богатств и власти. И ушкуйничество для них выступало серьёзным социальным лифтом, говоря современным языком. Сословие ушкуйников обладало престижем и влиятельностью в Новгороде.
Реальные обстоятельства и прототипы
В новгородских былинах очень точно описываются новгородские реалии XII-XV веков, в отличие от былин киевских или общерусских, где время было условное, как и враги, повергаемые богатырями.
Как отмечает исследователь Наталия Макарова, новгородские былины ближе не к героическому эпосу, а к европейским новеллам о городской жизни — фаблио. В частности, былины про персонажей второго ряда, Хотене Блудовиче, богатом госте Терентьище и других, описывают бытовые подробности сватовства, торговли, в том числе — с заграницей, принятия решения на городском вече...
В общерусских былинах, кроме условного времени и врагов, сами герои не имеют исторической привязки. Владимир Красно Солнышко, Вольга, богатыри Святогор, Добрыня Никитич, Алёша Попович, Илья Муромец — вымышленные персонажи, вобравшие черты многие реальных людей, действовавших на Руси. Исторический Илья Муромец, чья жизнь известна и даже есть идентифицированная могила, не имеет отношения к былинному Илье.
А вот первостепенные персонажи новгородских былин, Садко и Василий Буслаев, упоминаются в летописях. Правда, Садко там описан как Сатко/Сотко, но исследователи, включая Дмитрия Лихачёва, не сомневаются в том, что это — один и тот же человек, живший в Новгороде XII века, вокруг которого потом сложился корпус былинных сказаний.
Не вызывает сомнения историчность Василия Буслаева, хотя про него, в отличие от Садко, про которого написано в 25 летописях, рассказывает только один текст, но зато его обильно цитируют другие летописные источники, включая внешние по отношению к Новгороду.
Константин Барановский