Все истории на канале – это реальные истории людей, которые записаны и опубликованы с их разрешения.
История Лидии.
Крик моей души. У меня есть дочь Света, которой двадцать восемь лет. Отца её я не знаю. Не надо меня судить, меня изнасиловали толпа пьяных ребят, когда я вечером шла с работы.
В то время мне было двадцать шесть лет, у меня был муж, с ним мечтали о ребёнке, строили планы. Но случилось то, что случилось. Муж в тот же вечер ушёл от меня. Сказал, что после такого он не сможет жить со мной. Ему будет противно ложиться в одну постель. Да ещё и обвинил меня в том, что я не смогла отбиться, убежать. А как мне это было сделать, если их было четверо.
Вот так просто в один вечер два удара. Причём один удар от любимого человека.
В милицию заявлять не пошла. Мне было стыдно. Боялась, что в меня будут тыкать пальцами. Родителям тоже не сказала.
То, что я беременная, поняла не сразу. Всё это время жила в неком пространстве. Ничего не хотела, всего боялась. У меня даже токсикоза не было, а может и был, просто я его не замечала. Почувствовала шевеление и вот, новый удар.
Про аборт я даже не думала. Для меня это неприемлемо. Ведь это ребёнок не только тех негодяев или моего мужа, он ведь и мой тоже.
С этого момента поняла, что жизнь не остановилась, она идет чередом. Я была теперь не одна.
Дочка родилась, на неделю раньше, поставленного мне срока. Такая маленькая беззащитная, но моя и только моя.
Как было трудно, не буду писать, это и так понятно. Но у меня был ребёнок, о котором нужно заботиться, а не себя жалеть.
Моя Света выросла. Начала встречаться с парнем, о замужестве поговаривать. И вот снова удар, а говорят снаряд в одну лунку не падает. Оказывается падает, ещё как падает. Всё повторилось с моей дочерью. Надеюсь, найдутся те негодяи и ответят за содеянное. Заявление в полицию мы подали. Такое скрывать нельзя. Это я в то время боялась пересудов, сейчас другая жизнь.
Парень Свету не бросил, поддерживает её как может. Видно действительно любит. А Света, видя эту заботу, легче всё это переносит, в отличие от меня.
Ну, а мне снова тяжело, наверное даже тяжелее чем тогда.