Я смотрела на себя в зеркало и плакала.
Это вообще очень страшно и больно: вдруг в 14 лет понять, что ты некрасивая. И если раньше это было просто слово, которым бросались в тебя одноклассники, и ты была хотя бы уверена в красоте твоего внутреннего мира, то теперь ты как-то совершенно по-взрослому поняла: все, совсем все.
Этого уже не случится никогда, чего ты втайне ждала. Ни больших кукольных глаз, ни длинных молельных ног, ни осиной талии, ни ровных белых зубов, ни светлых волос до попы... а будет все вот это, что ты видишь перед собой в зеркале: нос картошкой, непонятная, какая-то мальчишеская стрижка на волосах, которые ты в неосознанной попытке привлечь к себе внимание выкрасила хной в рыжий цвет, животик, белая, как у вампира, никогда не загорающая кожа, которая последний год начала покрываться той самой «апельсиновой коркой» и уродская родинка на коленке…
- Дурочка, - ласково говорила бабушка, гладя меня, рыдающую, по волосам. - Кто-то тебя в эту родинку ещё целовать будет.
- Да кому она нужна? - всхлипывала я. - Кто станет целовать такое уродство?..
Как все к этому пришло? Да очень просто: я впервые в жизни влюбилась. И он тоже влюбился.
Только не в меня, а в мою подругу - хрупкую блондинку-тростиночку с тихим голосом и модной одеждой. И вот на ее контрасте я вдруг четко ощутила свою эту неказистость, а ещё - зависть, какой до этого момента не знала. Можно было хоть триста раз спросить: «почему она, а не я», но внутри ответ я знала.
Моя самооценка стремительно покатилась вниз, когда начались проблемы с одноклассниками, лет в 12. Если кто-то и знает что-то о настоящем буллинге, так это я. Дети в принципе жестоки и знают толк в коллективной травле.
Затем добавился папа, который, как я сейчас понимаю, хотел, как лучше, однако добился противоположного эффекта: чем больше я слушала про то, что я толстая, тем больше я заедала стресс и стремилась убить даже ту красоту, что во мне была. Просто из чувства противоречия. А потом еще и эта несчастная первая любовь, заставляющая меня выть в подушку…
Мы в принципе склонны запоминать что-то плохое, так как травмирующий опыт оберегает нас от стрессов в будущем, поэтому странно, что слова бабушки запали мне в душу, будучи противоположными тем, что я слышала о себе большую часть времени. Может быть, потому что они как бы давали надежду на счастье?..
Я вспомнила их снова, когда мы праздновали день рождения моей сестры в лесопарке. Викрам тогда увёл меня подальше от галдящей компании, и мы, встав под каким-то деревом, целовались, как сумасшедшие, до прокушенных губ. И вот тогда, увидев, с каким восторгом смотрит на меня этот мужчина, я вспомнила про свою уродскую родинку на ноге. И такой глупостью мне показалась моя мысль в 14 лет и то мое самовосприятие! Да, мне пришлось провести некоторую работу над своей внешностью, но только единицам, выигравшим в генетическую лотерею, этого делать не надо. Кто бы объяснил мне в мои 14, что достаточно просто вырваться из токсичного круга общения, чтобы самооценка резко пошла вверх!
Пару лет назад в сети завирусился флешмоб: люди выкладывали фото десятилетней давности, чтобы другие могли посмотреть, как они изменились. Мой коллаж выглядел бы примерно так.
Я действительно довольна тем, как выгляжу сейчас. И, если бы могла, то вернулась бы в прошлое и успокоила бы ту рыдающую у зеркала девчушку, рассказав ей и про зацелованную родинку, и о том, что когда-то она будет помогать людям стать более стильными, и о том, что вокруг нее всегда будут мужчины, которым она будет нравиться такой, какая есть. Иногда, конечно, я все еще отхожу от зеркала в легком раздражении: надо же, все еще не модель! Но в целом я живу в гармонии с собой, и это, блинский, так круто!
Кстати, ученые доказали, что наше восприятие внешности не просто так отличается от того, как нас воспринимают другие люди. Оказывается, мы не в состоянии посмотреть на себя объективно просто потому, что так устроены наши глаза: они как бы выхватывают отдельные фрагменты – уши, нос, живот, ноги (ну да, и бока с целлюлитом тоже) – а все остальное от нас ускользает. Даже если наши торчащие уши отлично гармонируют с внешностью в целом и добавляют нам харизмы. А уж попа (даже если она близко не как у Ким Кардашьян) вообще элементарно корректируется приемами и средствами стилистики.
Расскажите, какие части тела не любили, а потом полюбили? С какими недостатками все еще сложно смириться? Поделитесь коллажами с фото сейчас и десятилетней давности :)