В эти дни 105 лет назад разворачивалась последняя большая операция Русской армии в Первой мировой войне. Как бы изменился мир, если бы она завершилась успешно и кто виноват в том, что это не произошло?
Гений прорыва
Наступление шло на территории современной Западной Украины и продлилось более трёх месяцев – с 4 июня (22 мая по старому стилю) по 20 (7) сентября 1916 года. Какое значение в истории имела эта операция, какова была истинная роль в её подготовке генерала Алексея Брусилова, под чьим именем военная кампания вошла в историю, – наш разговор с Евгением АНТАШКЕВИЧЕМ, писателем, историком, потомственным офицером, автором романов о Первой мировой.
Поможем Антанте
– Евгений Михайлович, к лету 1916 года ситуация на фронтах как складывалась?
– Для России очень сложно и непредсказуемо. Великое отступление весны-лета 1915 года отбросило российские войска далеко на восток, примерно на 500 километров, обнажило огромное количество недостатков в подготовке и снабжении войск, организации управления ими, в нижних армейских слоях актуализировался вопрос о целях войны и оправданности участия в ней России. Начались брожения. Это, в свою очередь, выдвинуло на первый план необходимость проведения победных операций любым путём, но и одновременно не подвести союзников, которые тоже истекали кровью и увязли в окопах позиционной войны.
Ведь характерная особенность Первой мировой заключалась в том, что сначала на Западном фронте, а потом и на Восточном война остановилась и закопалась в окопы уже через полтора года после начала. В России это было конкретно так: единая траншея пролегла от Риги до румынской границы. Штабы и главкомы, в свою очередь, планировали так называемые весенне-летние кампании, в том числе 1916 года, но уже не столько для того, чтобы «взять Берлин», сколько помогая французам, итальянцам и англичанам устоять против австрийцев и германцев. Мы вполне могли, как говорят военные, «демонстрировать» и накапливать силы, но не тратить их, не гнать своих солдат на смерть.
– Это была большая битва за чужие интересы?
– Именно так. У России в Первой мировой войне почти не было своих интересов, кроме союзнических. Но союзником Россия оказалась крепким и верным и бросала свои войска в бой всегда, когда её об этом просили. Так было и с Брусиловским прорывом.
– Почему удар наносил Юго-Западный фронт под командованием Алексея Брусилова, ведь он был слабее других?
– Начальник штаба Ставки Главнокомандующего российскими войсками генерал-адъютант Михаил Васильевич Алексеев разработал план летнего наступления, в котором главную роль отводил Западному фронту генерала Эверта, вспомогательную – Северному фронту генерала Куропаткина и демонстрационную – Юго-Западному фронту генерала Брусилова. План кампании был объявлен 1 апреля 1916 года (по старому стилю) в присутствии Главкома императора Николая II. Однако Эверт и Куропаткин отказались наступать, мотивируя тем, что на их фронтах стоит слишком сильный противник, который в случае неуспеха наступления может перейти в контрнаступление, и это может кончиться для России катастрофой.
Верить – значит преуспеть
– А Брусилов, напротив, что называется, рвался в бой?
– Да, Брусилов вызвался наступать. Современный анализ показывает, что план Брусилова, в отличие от плана Алексеева, был верным и мог принести стратегический успех.
Против Брусилова стояли австрийские войска, которые были менее обороностойкими и упругими, чем германские. Австрийцы были «подпёрты» германцами, но это не решало вопроса, потому что за прошедшие два года войны и в результате нескольких поражений, которые им были нанесены Юго-Западным фронтом, они были во многом морально сломлены. Развивая успех на юго-западном направлении, фронт Брусилова мог выйти на Венгерскую равнину, и тогда Вена гарантированно запросила бы о возможности выхода из войны, это означало, что Германии пришлось бы дальше сражаться одной на два фронта.
Такое развитие событий было вполне возможно в связи с тем, что Брусилов отказался от принятой тогда тактики начала крупных наступательных операций и его план сразу принёс положительные и не ожидаемые никем, кроме самого Брусилова, результаты.
– Недаром же его называли гением прорыва?
– В соответствии с модой тех лет в военно-стратегическом планировании, для такого рода операций намечался самый слабый участок обороны противника. На этом направлении наступающая сторона концентрировала основные силы, мощную артиллерию, подвоз огромного количества всех необходимых припасов, одним ударом разрушала оборону противника, мощным кулаком сминала его на узком участке и, выйдя в тылы, начинала окружение и уничтожение живой силы и тыловых коммуникаций.
Это гарантировало быстрый успех и глубокое продвижение, в этом случае достигались стратегические задачи, т.е. противник ставился в положение проигравшего. «Выскочить» из этой ситуации было практически невозможно. Верность этого метода подтвердила именно таким образом спланированная в начале 1915 года Тарновская наступательная операция, которая и отбросила российские войска на полтысячи километров на свою территорию.
– Однако подобные планы требовали гарантированно огромных сил, средств и тыловой транспортной сети, чем Россия не обладала...
– Поэтому Брусилов запланировал четыре главных удара одновременно, каждой армией на своём фронте для того, чтобы сбить с толку противника, который в этом случае не знал, где ждать главного удара, чтобы подтянуть туда войска, перемолоть живую силу наступающих, дождаться истощения и ударить самому. Это было серьёзное отступление от привычных методов ведения войны, но Брусилов оказался прав. Кстати, именно так поступил вермахт в 1941 году при наступлении на СССР.
Брусилов отлично подготовил наступательную операцию, названную «Луцким наступлением» (это уже потом кампанию стали называть его именем), при одном «но» – одновременно должны были начать наступать или как минимум демонстрировать это и Эверт, и Куропаткин, чтобы связать войска противника и не дать им возможности перебросить войска против Брусилова. Это же должны были сделать и французы, и англичане.
– Почему Куропаткин и Эверт не помогали Брусилову, ведь фронты, которыми они командовали, были сильнее?
– Военные эксперты считают, что у Эверта и Куропаткина наступательный порыв, вера в победу и успех своих войск иссякли ещё в Русско-японскую войну 1904–1905 годов, которую они и проиграли. Тогда говорили, что русские роты и батальоны свои бои выиграли, а корпуса и армии проиграли.
Во время Брусиловского прорыва Эверт дважды менял планы Западного фронта, в конце концов на скорую руку сверстал Барановичскую наступательную операцию и проиграл её с потерей до 80 тысяч личного состава. В 1916 году война на Восточном фронте остановилась и превратилась в окопное сидение или стояние в гнилой воде без всяких перспектив на успех. Об этом я написал в романе «В окопах. 1916 год». Работа над этим романом была очень грустная. Интересная, но грустная. Со стороны это, наверное, могло смотреться как досада болельщика, который ждёт победы его команды, а по поводу каждого промаха может только всплеснуть руками и сказать «Эх!..».
Против такого противника, как германцы, тактика выжидания не помогла, поэтому в Брусиловском прорыве каждый умирал в одиночку. Окажи оба фронта необходимую поддержку Юго-Западному, Брусилов, разбив австрийцев перед собой на направлении Луцка-Ковеля и лишив его важных транспортных узлов, мог спокойно разворачиваться на Львов и громить австрияков до победного конца.
Победа могла изменить мир
– Из-за отсутствия поддержки наступление Брусилова в конце концов захлебнулось?
– Не захлебнулось, оно иссякло, это военные термины, по смыслу они разные. Наступление не может длиться по полгода и даже месяцами, это военное мгновение и называется оно «смять противника», «опрокинуть». На первых порах это удалось. Однако дальше подвёл выдвиженец царя генерал Каледин, брошенный им с командиров корпуса на 8-ю армию. Брусилов был против этого назначения, у него была другая кандидатура, человека более решительного, не достигшего предела своей компетенции, но царь настоял и, как и во многих других, в том числе кадровых, вопросах, оказался трагически неправ.
– Что в итоге?
– Итоги прорыва скорее тактические. Противник был смят, но не опрокинут. Глубина продвижения достигла 70–120 км по всей 250-километровой линии фронта, потери Русской армии под полмиллиона, у австро-венгров ещё больше, это была настоящая мясорубка, по-другому не скажешь. Австрийцы выдохлись окончательно, но их основательно «подпёрли» германцы и удержали фронт. Однако Австро-Венгрия утратила возможность наступательных операций вплоть до конца войны.
Значение Брусиловского прорыва трудно переоценить. Это была одна из немногих наступательных операций, запланированных с точным расчётом на успех стратегического характера – такой, который мог прекратить войну нанесением полного поражения Германии и Австро-Венгрии и победой Антанты при главной роли России.
Тогда целиком изменилось бы международное положение стран-участниц, как победивших, так и проигравших, а главной победительницей бы стала Россия, со всеми вытекающими из этого последствиями, как политическими, так и экономическими, не говоря уже о революциях!
Нельзя забывать о павших в этих битвах, это наши герои, деды и прадеды. Надо помнить об этих битвах, чтобы помнить о них!
К СВЕДЕНИЮ
БРУСИЛОВ Алексей Алексеевич, родился в августе 1853 года в Тифлисе (ныне Тбилиси) в дворянской семье. Окончил Пажеский корпус в Петербурге и в 1872 году был принят на службу прапорщиком в 15-й драгунский Тверской полк. Участвовал в Русско-турецкой войне 1877–1878 годов на Кавказском фронте.
В 1881– 1912 годах служил в офицерской кавалерийской школе, командовал различными воинскими соединениями. В начале Первой мировой войны был назначен командующим 8-й армией, а в марте 1916 года стал главнокомандующим Юго-Западным фронтом и выдвинулся в число лучших полководцев.
Пик военной карьеры – Верховный главнокомандующий с 21 мая по 19 июля 1917 года – не стал для генерала Брусилова лучшим моментом в его жизни. 19 июля его сменил на этом посту генерал Корнилов, а Брусилов по требованию Керенского должен был уйти в отставку. Генерал поселился в Москве, стал держаться дальше от политики.
2 ноября, уже на излёте подавления мятежа юнкеров, тяжёлый снаряд попал в дом № 4 в Мансуровском переулке, где проживали Брусиловы (ныне в этом особняке располагается посольство Сирии), и полководец – впервые в жизни! – был ранен, после чего долго лечился.
Несколько раз Брусилову предлагали возглавить Белое движение, но он наотрез отказался, при этом холодно относился и к большевикам. Те посчитали опасным оставлять Брусилова на свободе, поскольку авторитет полководца был очень велик. Летом 1918 года Брусилов арестован, но вскоре освобождён, его связей с контрреволюцией ВЧК не нашла.
Только в мае 1920 года, когда началась тяжёлая война с Польшей, генерал согласился поставить свой опыт на службу новой власти. За несколько лет он сменил несколько должностей: председатель Особого совещания, инспектор всей кавалерии, уполномоченный Реввоенсовета для особо важных поручений.
Скончался в марте 1926 года в Москве, похоронен на территории Новодевичьего монастыря.
Беседовал Максим БРУСНЕВ
Материал дан в сокращённом виде. Хотите полную версию - пишите в комментариях.
© "Союзное государство", № 7, 2016
Дочитали до конца? Было интересно? Поддержите журнал, подпишитесь и поставьте лайк!
100 ЛЕТ ПОБЕД
Неизвестный герой Первой мировой
"Все единодушны, сердечны и радостны…" Февральская революция 1917 года — в дневниках современников
"Революция начиналась, как праздник". Февральская революция 1917 года — в дневниках современников
Создать легендарную трёхлинейку полковнику МОСИНУ 130 лет назад помогла любовь
76 лет назад нацисты превратили генерала Дмитрия КАРБЫШЕВА в ледяную глыбу
Княгиня-чекистка Евгения Шаховская умела красиво любить, высоко летать и хладнокровно убивать
Семь интересных, но малоизвестных историй из жизни Хирурга и Архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого)
Была ли величайшая кража XX века политической
Как русский Шерлок Холмс сделал полицейских "мусорами"