ТЕРЦИНЫ (итал. ед. ч. terzina, от terza — третья) — староитальянская строфическая форма трехстиший, в которых рифмы идут в порядке aba, bcb, cdc, ded и так далее. Таким образом средняя рифма терцины рифмуется с крайними строками следующей строфы. Такие строфы называются цепными.
Пример стихотворения, написанного терцинами:
Сырые дни. В осенних листьях прелых
Скользит нога. И свищет ветр в тени
Плохие песни. Лучше б он не пел их.
На край небес краснеющий взгляни.
Лохмотьями кумачными рубахи
Висит закат на лужах. Злые дни!
Дрожат деревья в чутком вещем страхе.
Земля, как труп неубранный, лежит.
Как труп блудницы, брошенной на плахе.
Глаз выклеван. Какой ужасный вид!
Зияет здесь запекшаяся рана,
Здесь кровь струей из синих губ бежит,
Здесь дождь не смыл дешевые румяна,
Желтеют груди в синих пятнах все.
Припухшая мягка округлость стана.
Вороны гимн поют ее красе.
Такой ты будешь поздно или рано.
Такими – рано ль, поздно – будем все.
Чу! Крик ворон ты слышишь из тумана.
С.В. Киссин (Муни), [1913]
М.П. Гаспаров считает,что рифмовка терцины развилась из ритурнельной (АХА, БХБ, ВХВ...)
Ритурнель, или риторнель, – итальянская форма народного происхождения, напоминающая нашу частушку: короткий стих, зачин, обычно с именем какого-нибудь цветка, и затем два длинных стиха, по смыслу часто почти ничем не связанные с зачином. Средний стих трехстишия остается без рифмы, третий рифмует с первым («возвращение» рифмы, отсюда этимология заглавия). В предлагаемом образце «цветочный» зачин сохранен, но затем получает тематическое развитие.
Любопытно, что в итальянской поэзии такие стихи редко называются ритурнелями, – там это слово чаще означает просто припев в большой песне. Отрывочные трехстишия такого рода там называются просто «фьори» («цветки»). Название «ритурнель» за ними закрепил поэт Ф. Рюккерт (XIX в.), написавший много переводов и подражаний им на немецком языке. Более широкого распространения эта форма не получила; на русском языке известны лишь единичные примеры.
Так выглядит ритурнель:
Миндальный цвет
Вновь нежным и прозрачным ароматом
Тревожит память непрожитых лет.
Настанет день,
И мне предстанет в запахе миндальном
Внезапно воплотившаяся тень,
И я возьму
Ее за пальцы, тонкие, как стебли,
И с ней войду в чуть дышащую тьму.
Там красок нет,
Там я – как тень, но тень меня реальней,
Там нет меня, но лишь миндальный цвет.
Т.А. Ящук, [1917]
Как мы можем видеть, средняя строка ритурнельной строфы не рифмуется.
Стихотворение или глава поэмы, написанное терцинами, заканчивается отдельно стоящей заключительной строкой, рифмующейся со средней строкой последнего трехстишия. Волнообразный перехлест рифмовки придает стихотворению, написанному терцинами, особый колорит.
Терцинами написана поэма Данте «Божественная комедия»:
Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу,
Утратив верный путь во тьме долины.
Каков он был, о, как произнесу,
Тот дикий лес, дремучий и грозящий,
Чей давний ужас в памяти несу!
Так горек он, что смерть едва ль не слаще,
Но, благо в нем обретши навсегда,
Скажу про все, что видел в этой чаще.
Стихотворный размер терцины. — обычно пятистопный ямб. Строфа терцины, состоящая из нечётного количества строк. придает всему стихотворению или поэме своеобразный сдержанный характер.
В русской поэзии терцины встречаются редко и обычно носят характер стилизации. Терцины писали А. Пушкин, А. Блок, В. Брюсов.
Вот начало и конец блоковских терцин «Песнь Ада»:
День догорел на сфере той земли,
Где я искал путей и дней короче.
Там сумерки лиловые легли.
Меня там нет. Тропой подземной ночи
Схожу, скользя, уступом скользких скал.
Знакомый Ад глядит в пустые очи.
Я на земле был брошен в яркий бал,
И в диком танце масок и обличий
Забыл любовь и дружбу потерял...
Конец:
Я обречен в далеком мраке спальной,
Где спит она и дышит горячо,
Склонясь над ней влюбленно и печально,
Вонзить свой перстень в белое плечо.
Любопытны терцины В. Брюсова, написанные амфибрахием:
Как ясно, как ласково небо!
Как радостно реют стрижи
Вкруг церкви Бориса и Глеба!
По горбику тесной межи
Иду, и дышу ароматом
И мяты и зреющей ржи.
За полем усатым, несжатым,
Косами стучат косари.
День медлит пред ярким закатом...
Как частный случай существует и такая система рифмовки терцин: aba bcb cac aba… Такая форма хорошо подходит стихотворениям с рефренами.
Вячеслав Иванов считал, что для того, чтобы терцины ощущались терцинами, а не просто плавным плетением рифмующих строк, по меньшей мере два-три трехстишия должны кончаться точкой.
#литература #заметки о поэзии