📝 Стихотворение «Bonedog» / by Eva H.D. / из книги Rotten Perfect Mouth усиливает одну из мыслей, лежащих в основе неординарного фильма Чарли Стюарта Кауфмана «Думаю, как всё это закончить» / «I’m Thinking of Ending Things» (2020).
Мысль эта в чём-то кажется безнадёжной, и заключается она в том, что никто не может знать другого человека до конца. Мы часто не знаем сами себя, пребывая в поиске этой Самости почти всю нашу жизнь, узнавая, собирая себя по частям, собирая эти кости, пока время неумолимо рвёт нашу жизнь на моменты.
И тем более мы не можем узнать мысли другого человека, мы можем лишь строить догадки, интерпретировать, и думая, что знаем кого-то, на самом деле никогда не можем понять полностью. От того многие настолько явно ощущают одиночество непонятости, выраженное в фильме не только звуками, цветом и постоянно меняющимися деталями, но и поэзией.
Для меня поэзия – это мироощущение и бесконечная рефлексия.
Этот фильм и есть поэзия, его отличает отсутствие объективности и допустимость каждой точки восприятия! Любая будет важна и одинаково правдива для каждого отдельно взятого человека. Вы можете находить свои смыслы, в этом и прелесть.
📚 Мир главного героя представлен через призму мнений множества людей, через книги, фильмы, картины, цитаты и мысли тех, кто жил до него и будет жить и после.
Он представляет, как его девушка читает ему стихотворение, на 100% отражающее его боль одиночества и опустошения, присваивает себе эти строки.
Coming home is terrible
whether the dogs lick your face or not;
whether you have a wife
or just a wife-shaped loneliness waiting for you.
Coming home is terribly lonely,
so that you think
of the oppressive barometric pressure
back where you have just come from
with fondness,
because everything’s worse
once you’re home.
You think of the vermin
clinging to the grass stalks,
long hours on the road,
roadside assistance and ice creams,
and the peculiar shapes of
certain clouds and silences
with longing because you did not want to return.
Coming home is just awful.
And the home-style silences and clouds
contribute to nothing but the general malaise.
Clouds, such as they are,
are in fact suspect,
and made from a different material
than those you left behind.
You yourself were cut
from a different cloudy cloth,
returned,
remaindered,
ill-met by moonlight,
unhappy to be back,
slack in all the wrong spots,
seamy suit of clothes
dishrag-ratty, worn.
You return home
moon-landed, foreign;
the Earth’s gravitational pull
an effort now redoubled,
dragging your shoelaces loose
and your shoulders
etching deeper the stanza
of worry on your forehead.
You return home deepened,
a parched well linked to tomorrow
by a frail strand of…
Anyway…
You sigh into the onslaught of identical days.
One might as well, at a time…
Well…
Anyway…
You’re back.
The sun goes up and down
like a tired whore,
the weather immobile
like a broken limb
while you just keep getting older.
Nothing moves but
the shifting tides of salt in your body.
Your vision blears.
You carry your weather with you,
the big blue whale,
a skeletal darkness.
You come back
with X-ray vision.
Your eyes have become a hunger.
You come home with your mutant gifts
to a house of bone.
Everything you see now,
all of it: bone.
«Bonedog» / by Eva Hd / Rotten Perfect Mouth
Мне очень откликаются все строки поэмы, но этот отрывок особенно. Это что-то глубже простых слов:
Солнце поднимается и опускается,
как усталая шлюха,
погода неподвижна,
как сломанная конечность,
в то время как ты просто продолжаешь стареть.
Ничто не движется, кроме
меняющихся приливов соли в вашем теле.
🔖Оставлю здесь отрывки из лекции Чарли Кауфмана для BAFTA:
«Странно быть человеком — приходится постоянно размышлять о разных вещах, задаваться вопросами.
Не заглушайте внутренние голоса.
Говорю сразу: я, вообще-то, ничего не знаю. Это, пожалуй, и есть моя характерная черта, особенно ярко проявляющаяся в процессе написания сценария: я всегда начинаю именно с этого напоминания, с осознания факта, что я ничего не знаю, и стараюсь напоминать себе об этом почаще на протяжении всего периода работы. Думаю, мы стараемся казаться экспертами в чем-то из страха, нам не хочется чувствовать себя глупыми и бесполезными, мы стремимся обрести чувство власти, ведь власть — очень мощное прикрытие.
Я занимаюсь тем, что пишу тексты, сражаюсь с ними и с самим собой. Кажется, Томас Манн говорил:
«Писатель — это человек, которому писать гораздо труднее, чем другим людям».
Мне эта фраза кажется очень верной. По сути, так и есть: если относиться к писательству серьезно, оно превращается в настоящую борьбу.
Интересно, что я и с этой лекцией «сражался» довольно долго, отнёсся к её написанию как к настоящей работе, готовился несколько месяцев. Подолгу просиживал за столом, не зная, что делать. Почти так же я чувствую себя, когда пишу сценарий. То, что вы пишете, станет документом времени, в котором вы живёте, иначе быть не может.
Но, что более важно, если вы будете честны в отношении самого себя, вы поможете кому-то почувствовать себя не столь одиноким в этом мире, потому что кто-то узнает в вас себя и это даст ему надежду!»