Елизавета Алексеевна, русская императрица и жена императора Александра I, родила свою вторую дочь в 1806 году. Девочка умерла во младенчестве, но на протяжении всей ее короткой жизни отцовство приписывалось некоему Алексею Охотникову, а не российскому царю. Причём сам Александр это никак не подтверждал, но и не опровергал, что создавало новые поводы для пересудов. Что же связывало Охотникова с императрицей?
Поначалу отношения цесаревича Александра Павловича и подобранной ему бабушкой Екатериной II супруги казались идеальными. Юные Амур и Психея, как их часто называли, прекрасно дополняли друг друга и могли проводить часы за беседами и романтическими прогулками. Но продлилось это не долго. Молодые люди выросли, Александр взошёл на престол и все чаще проводил время не с женой, а с другими прекрасными особами, среди которых выделялась его многолетняя любовница Мария Нарышкина (статья о ней и их отношениях с императором уже появлялась на этом канале не так давно). Другими словами, брак Александра и Елизаветы уже не был идеальным, он и браком-то по сути не был, потому что каждый из них пытался найти утешение в других связях.
И вот наступил 1805 год. Втянутый австрийцами в войну, император Александр I покинул Санкт-Петербург и уехал к действующей армии. Одинокая Елизавета Алексеевна, молодая и красивая, еще около 1803 года познакомилась с Алексеем Охотниковым. Какое-то время отношения Елизаветы с штаб-ротмистром не переходили границу писем, но потом их охватил бурный роман. Каждый вечер они тайно встречались.
Молодой и пылкий кавалергард Охотников не принадлежал к высокому дворянству и, соответственно, не мог появляться при дворе. «Незаконные» свидания были окутаны таинственностью и риском. В дневниках Елизаветы описывается, как штаб-ротмистр ночью в темном плаще забирался в окно Каменноостровского дворца, а утром незаметно исчезал.
В 1805 году, будучи интендантом, он оставался одним из немногих военных, находившихся в Петербурге. Смутные свидетельства современников указывают, что он был влюблен также во фрейлину императрицы, Наталью Загряжскую (в будущем ее дочь Наталья Гончарова станет женой Александра Пушкина).
Устав от холодности мужа, оказавшись практически в одиночестве в высшем свете, Елизавета Алексеевна, которой лишили общества её возлюбленного и отца её первой дочери Адама Чарторыйского отчаянно нуждалась в сочувствии, внимании и любви. Она нашла это в своих отношениях с Алексеем Охотниковым, ставшим её любовником и вероятным отцом её второй дочери Елизаветы.
Любовь их продолжалась два года.
Незадолго до рождения дочери, 6 октября, в придворном театре давали спектакль в честь императрицы. Приглашенный Охотников также прибыл. После представления разыгралась трагедия. Подосланные наемники избили и нанесли ножевые ранения Алексею. Рана убивала медленно. Мужчина умер в начале 1807 года.
Презрев светские условности, императрица примчалась к возлюбленному и провела с ним последние часы. Когда кавалергард умер, по некоторым указаниям, проболев 4 месяца, Елизавета Алексеевна остригла локоны и положила их в гроб несчастного.
3 ноября, на четвертый день после его смерти и почти сразу после похорон, Елизавета Алексеевна родила дочь, названную Елизаветой. С первого же дня мать безумно полюбила девочку, называя ее «котеночком». Это слово – «котеночек» – она писала по-русски в письмах к матери, написанных по-французски. Ее Лизонька прожила, как и первая дочь Мария, совсем немного и умерла через полтора года, 30 апреля 1808 года. Девочку похоронили на одном с ее отцом кладбище.
В своих дневниках Елизавета искренне и подробно описала отношения с Охотниковым, флирт и измены мужа – императора Александра. После смерти Александра и его супруги все бумаги были изъяты. Документ было приказано сжечь. Но часть его все-таки уцелела. Николай I после того, как ознакомился с содержанием дневника, запретил супруге, Александре Федоровне, вести личные записи.