Продолжаю рассказ о том, как мы в июле 2019 года проводили операцию по реинтродукции ольхонской полевки на острова Байкала.
Напомню, что наша работа стала возможной благодаря фонду "Озеро Байкал" и краудфандинговой платформе planeta.ru. Ольхонская полевка - милый зверек, и без этого занимавший незначительный ареал на Ольхоне, Приольхонье и островах Малого моря, а в последнее десятилетие произошло просто катастрофическое снижение численности этого вида. Главной причиной является разрушение ее местообитаний - убежищ в скалах и каменистых россыпях.
С нами на Ольхон прибыло 43 зверька, родившихся в виварии нашего института в Новосибирске. Выпускать мы их решили на острове Баракчин (Ольтрек).
Во-первых, именно на этом острове ольхонская полевка обитала ранее, но исчезла. Нам нельзя выпускать зверьков из вивария в уже существующую дикую популяцию. Как исходя из научных целей недопустимости искусственного изменения частот аллельных генов, так и чисто из утилитарных - зверьки, родившиеся в неволе, сразу могут быть уничтожены дикими зверьками - у скальных полевок очень развито территориальное поведение, и "чужаки" безжалостно могут быть убиты.
Заброска на остров Баракчин с материка у нас была от деревушки Курма. Расстояние до острова составляет всего один километр.
Высаживаемся на берег.
Остров Баракчин, второе название его Ольтрек, вытянут с севера на юг на 800 метров, ширина его составляет 250 метров в самой широкой и всего 70 метров в самой узкой части.
В нашей команде пятеро сотрудников Института систематики и экологии животных СО РАН, двое сотрудников "Заповедного Прибайкалья" и двое фотографов-видеооператоров - целых девять человек. Мы быстро обследовали всю площадь острова, удостоверились, что наш вид здесь точно не живет - хотя единичные следы прошлого пребывания мы все же нашли - скальные полевки "ходят в туалет" в одно и то же место, и колонии можно обнаружить по скоплениям помета в расщелинах между камнями. Вот такие "туалеты" мы нашли в нескольких местах острова Баракчин, но к сожалению, все эти следы были достаточно старыми.
На северной оконечности острова гнездятся бакланы.
На всякий случай все-таки расставили на ночь ловушки, а вдруг все-таки кто живет на этом острове? Утром проверили - все пустые. Значит, исчезла здесь все-таки ольхонская полевка, и можно выпускать новое поколение.
43 зверька, которых мы привезли с собой из Новосибирска, относятся к восьми разным выводкам, и выпускали мы их соответственно в восьми разных местах острова.
Всем нашим зверькам от 35 до 45 дней от роду. Именно к этому возрасту в природе у полевок формируются основные инстинкты поведения, зверьки становятся более осторожными, начинают реагировать на опасность, укрываясь в убежищах, отличать «своих» от «чужих», сушить травинки и «складировать» их, обеспечивая кормовые запасы на зиму, становятся готовыми к самостоятельной жизни.
В то же время в этом возрасте их поведение достаточно пластично, и зверьки легче адаптируются к новым условиям.
Вот вся наша команда за работой. Выпуск каждого очередного выводка сопровождается обязательной фиксацией координат, фотографированием, съемкой на видео и слезами умиления членов команды. Ну про слезы я, конечно, приврал. Почти.
Еще мы с собой из Новосибирска привезли остатки семейных гнезд полевок, и эти обрывки ваты и туалетной бумаги тоже оставили рядом, чтобы новые зверьки начали строить новое гнездо из старых материалов, пахнущих домом.
В кадре зам. по науке "Заповедного Прибайкалья" Бабина Светлана Геннадьевна и магистрантка нашей института Настя Прудаева.
Зверьки выпущены на своей исторической родине, теперь будем надеяться, что они приспособятся к новым условиям. Забегая вперед, скажу, что в августе продолжались наблюдения за «репатриантами», за следами их пребывания на новом месте жительства в виде помета и запасов сухой травы. Наличие достаточного количества запасенной травы обеспечит благополучную зимовку зверьков и успешное появление нового поколения в конце мая-июне следующего года.