Денис сделал ещё шаг вперед и теперь стоял практически впритык ко мне.
- А что у вас с Витей происходит? – тихо спросил мужчина, невольно дыханием шевеля короткие волосы на затылке. Мурашки брызнули в разные стороны от этой случайной ласки. Почему случайной? Денис же не может знать, как будоражит меня чужое дыхание на шее. Если только… Зорро опытным путем убедился в чувствительности моей шеи, а особенно задней поверхности.
Я испытующе посмотрела в зеленые глаза в отражении, но Денис смотрел куда-то мне на затылок.
- А с чего ты взял, что у нас что-то необычное происходит? – спросила я тихо, делая полшага вперед, чтобы избежать его обжигающего дыхания на шее. Денис посмотрел на наши отражения и нашел мой взгляд.
- Да вы оба вчера такими взбудораженными были, что это бросилось в глаза. – произнес он и медленно поднял ладони, обхватывая ими мои плечи. Шагнул ко мне, уже не оставляя расстояния между нами. И как в горячке требовательно зашептал на ухо. - Скажи, он ведь не обижает тебя?
Ворот его рубашки приглашающе распахнулся. Стоит только протянуть руку и скользнуть ладонью ему за шею, и открывается прекрасная возможность прощупать кожу на плече на предмет следов от моих ногтей. И если следы есть врезать ему по морде, а потом уже разбираться, что делать дальше. А если нет отметин? И своим жестом я спровоцирую Дениса на куда более активные действия.
Пока размышляла на эту тему, ситуация практически вышла из-под контроля. Одна рука Дениса скользнула мне на живот и забралась под свитер, невесомо лаская чувствительную кожу. Обхватила его запястье, надеясь остановить. Безуспешно, он намного сильнее меня. А Денис ещё и начал покрывать мою шею мягкими и чувственными поцелуями. Дернулась, пытаясь выбраться из его объятий.
- Отпусти меня, - потребовала я, наступая каблуком ему на ногу, точнее на пальцы ступни. Никитин охнул от боли, на миг его объятия ослабели, чем я тут же и воспользовалась, развернувшись на 180 градусов. – Вот сейчас ты меня обидел, - выпалила я, отталкивая его. С силой начала тереть кожу на шее, больше желая избавиться от волнующих ощущений, чем на самом деле убрать невидимые следы от поцелуев. Ага, тогда ещё и живот «оттереть» надо. Как же это все неправильно?! Я же не должна испытывать ничего подобного?! Я же замужем, я люблю своего мужа! Неужели эти непонятные и неосознанные эмоции к Зорро я перенесла на Дениса?
Пальцы Никитина снова нырнули под свитер и теперь чувственно гладили поясницу над резинкой брюк. Резко ударила по наглой руке и вывернулась из его объятий. Рванула к двери, но через несколько шагов остановилась и обернулась.
- Может, мне лучше уволиться? – спросила я неуверенно. Денис резко покачал головой. – Тебе же проще будет. – Серьезно, это идеальный выход из положения. Ведь я не представляла, как нам дальше работать вместе. И поймав себя на этой мысли, я замерла истуканом. А вот и вторая причина для маски на Зорро. Витя предвидел, что я не смогу работать с «одержимым»?
- Оль, - окликнул меня Денис, медленно подходя ближе. Ещё и руки поднял вверх в жесте «сдаюсь». Будто я какая-то испуганная лань, которая шарахается от любого жеста дрессировщика. – Все нормально, я больше не буду распускать руки. Только не пори горячку.
Я зажмурилась и покачала головой.
- Никитин, ты – псих! – повторила я его диагноз, снова посмотрев в зеленые глаза. – На хрена ты вообще полез ко мне? И какого дьявола сдал мне всех мушкетеров?!!! Я ж… - выдохнула, и все-таки продолжила излишне эмоционально, но искренне. Хотелось выплеснуть всё, что накопилось за три дня. - Я же в вас старших братьев видела! Тех, что всегда придут на помощь, защитят, не прося ничего взамен. Я ведь не заморачивалась в вашем обществе, позволяла себе быть собой, не оглядываясь на правила хорошего тона и прочую лабуду. А теперь… - я закусила губу, неожиданно осознав, что не Денис начал это всё. Витя открыл ящик Пандоры. А может, его открыла я своим неумным любопытством?
© Захарова Татьяна "Одна ночь"