Несколько дней подряд мне встречается уже немолодая женщина, просящая милостыню возле небольшой церквушки на окраине города. В нашем регионе, как говорят синоптики, установилась теплая солнечная погода, что особенно неприятно воспринимается во второй половине дня. Однако женщина в платке, с тростью и зеленым стаканом для мелочи неизменно находилась в одно и то же время в тени бревенчатого православного здания, либо незанятых торговых палаток. За те несколько дней, что мне, человеку, имеющему небольшой, но постоянный заработок, приходилось гордо шествовать мимо нее, многое приходило на ум.
Сначала мне показалось, что поскольку она надежно покрывает голову, возможно, она не славянка, что моментально восстановило против нее все мое естество, учитывая национальную структуру моего спального района. Это была моя первая подсознательная попытка оправдать свое равнодушие. Но на следующий день сделанное предположение пришлось решительно отвергнуть ввиду религиозного и погодного факторов.
Мой мозг цеплялся за жалкие клочки входных данных: почему она на чем-то сидит? Может быть, это "свой человек" для близрасположенной церкви, таким ловким способом, собирающий пожертвования? Чем РПЦ хуже криминальных структур, заставляющих бездомных людей побираться в людных местах? А вдруг это все-таки просто отчаявшаяся женщина, которой не хватает денег на жизнь, как и многим другим людям! В таком случае где ее родственники? Почему допускают подобное унизительное положение? Вероятно, у нее нет никого, кто бы мог ей помочь! Но почему это следует делать мне? Человеку, который сам еле сводит концы с концами. Пусть таким помогают богатые! Куда смотрит чертово государство?! Вот бы скорее приняли закон о прогрессивной шкале налогообложения!
Этот поток противоречивых выводов и размышлений был размазан на несколько первых жарких летних дней, а потом, пройдя в очередной раз мимо недвижимой фигуры женщины, меня уколола мысль о том, что, во-первых, если бы все проходящие бросали в этот несчастный пластиковый стакан хотя бы несколько монет, то, быть может, эта зудящая язва на теле нашего социума исчезла бы до того, как наступит день, когда просящая подаяние больше не придет... А во-вторых, мне бы очень хотелось, чтобы люди, проходящие сегодня мимо подобных нуждающихся спросили себя: что меня больше всего расстроит? Узнать, что моя мелочь была вложена обманным путем в нечестные руки, или то, что нуждающийся человек сегодня умер, потому что такие, как я, вчера прошли мимо? Мне, слава богу, все-таки удалось замедлить шаг...