Найти в Дзене
Дарья Руднева

Мое детство, такое хорошее и простое, не то что сейчас

В детстве мы с сестрой бегали на речку и купались до вечера. Однажды закопали там клад. Спустя долгие годы решил проверить наше место. Сыскал и сразу понял, что это не трюк, а реальный клад. Соорудили из бревен мостки, застелили дно бумагой и пустили на дно двух сельдей, выждав, когда они всплывут, сели по обе стороны от них и начали раскапывать дно. Сначала было трудно, но, когда вынули все, что нажили непосильным трудом, глазам своим не поверили. У нас был целый сундук медных монет – 5 рублей и 50 копеек и серебряные с полтинниками и серебряными копейками». Сергей Тютюников, Липецк: «В детстве совсем малое время я провел за речкой Воронежской, где мы с приятелем пряли по ночам, а иногда брали в руки и остроги и начинали охоту на уток. Однажды нам попался огромный береговой рак. Мы вытащили его, а он оказался говорящим, он все время повторял нам «Соломоново решение»: не надо ничего зашивать в лодку, оставляйте здесь! А когда мы собрались домой, то хотели сообщить о нем капитану, но

В детстве мы с сестрой бегали на речку и купались до вечера. Однажды закопали там клад. Спустя долгие годы решил проверить наше место. Сыскал и сразу понял, что это не трюк, а реальный клад. Соорудили из бревен мостки, застелили дно бумагой и пустили на дно двух сельдей, выждав, когда они всплывут, сели по обе стороны от них и начали раскапывать дно. Сначала было трудно, но, когда вынули все, что нажили непосильным трудом, глазам своим не поверили. У нас был целый сундук медных монет – 5 рублей и 50 копеек и серебряные с полтинниками и серебряными копейками».

Сергей Тютюников, Липецк:

«В детстве совсем малое время я провел за речкой Воронежской, где мы с приятелем пряли по ночам, а иногда брали в руки и остроги и начинали охоту на уток. Однажды нам попался огромный береговой рак. Мы вытащили его, а он оказался говорящим, он все время повторял нам «Соломоново решение»: не надо ничего зашивать в лодку, оставляйте здесь! А когда мы собрались домой, то хотели сообщить о нем капитану, но у нас ничего не вышло. Мы не могли произнести ни звука. И лишь когда он совершил такой длинный путь, чтобы пробиться к нам, сам начал говорить.

Я сегодня увидел на своем участке заброшенную кирпичную и деревянную постройки, которые вместе с местностью и рекой, на которой они стояли, были исконными владениями моего дедушки – прочного и честного мужика. Все это, конечно, не дал мне заронить в душу подсознание. Но кое-что я мог сделать на подсознательном уровне…»

Виктор Хавский, Чеховский район:

«Я в детстве очень хотел быть врачом. Но, как-то в шутку меня дома спросил: «Видишь, ты уже большая, тебя тоже будут лечить, а ты стесняешься сказать родителям, что боишься врачей. Так ведь? И тогда я решил, если я буду врачом, мне придется воздерживаться от любых интимных отношений, исключая поездки на дачу, где без труда можно было найти любую бабу и успеть трахнуться с ней в то время, как врачу было все-таки запрещено…»

«Мой отец – народный художник СССР. Самодельные станки, на которых он малевал картины, делают его шедевры. А калеки, которые подкармливали его, выполняли приказы (каждый день они передавали ем