На концерте появился тот самый

На концерте появился тот самый 

белобрысый, который также стоял на центральной сцене концерта, когда Олег пел вживую. Для него Олег написал "Марша Турецкого". И пел вместе с ним.

И с Данилой Бодровым.

Стоял на сцене все время, пока Олег пел, он в свои 113 выглядел даже моложе. Я не поверила тогда, когда поняла, что действительно такого же возраста, что и Олег.

Данила Бодров был в длинном черном пальто нараспашку, на голове была шляпа, придававшая ему какой-то налет романтизма. Такая вот гармоничная личность, 

достаточно невозмутимый, если не сказать скучающий, он присел рядом с Олегом, когда пел песню "Мама, мне так трудно", и очень трогательно смотрел на Олега. Ни на кого больше, кроме как на Олега, он внимания не обращал. В отличие от других выступающих, которые обращались к залу.

Когда Олег пел песни "Оле-оле-оле" и "Мама-Масленица" Данилка Бодров сидел рядом со мной на первом ряду. Я видела, как он гладит Олега по голове. 

Олег повернулся к нему и сказал: "Ты какой-нибудь из сына меня сделаешь".

А он улыбнулся ему в ответ.

А я запомнила взгляд его большого, немного наивного, но такого удивительного и мудрого Боря.

Помню, как в финале Олег исполнил на бис свою самую известную песню "Купала".

И пел он ее по-белорусски.

"Купала"- самая известная песня Олега, она, как я слышала, перепевается на многих языках мира. Я переслушала ее раз сто.

Но там так красиво, так трогательно, и у меня не было сомнения, что Олег ее поет на самом деле.

Это было так трогательноЕго глаза затуманились, и он зажмурился, чтобы не заплакать, а когда открыл глаза, не мигая, смотрел на меня, как будто хотел что-то сказать.

Я помню, как слова его песни как будто звучали у меня внутри:

"А помнишь березки

Те, что полегли

С полевыми цветами,

С красными ленточками,

А помнишь, ночь перед боем,

Перед бессонницей,

Ты говорила мне: "Борись!

А потом замолчала, 

И в пенье не слышно слез.