Когда началась война, Ворьке было всего 15 лет. Отец ушел на фронт, а мать слегла с болезнью, надрываясь на работе. Варваре пришлось взять на свои хрупкие плечи заботу о семье. Рано утром она торопилась на ферму, чтобы успеть подоить коров, закрепленных за матерью, потом бежала домой готовить завтрак и кормить младших братьев и сестер. Затем снова возвращалась на ферму, кормила телят, убирала стойла. Возвращаясь домой, девушка еле переставляла ноги от усталости, а ведь ей еще надо было позаботиться о больной матери и малышах.
Вся семья Новаковых надеялась, что война скоро закончится и отец вернется домой. А потом пришла похоронка: погиб, защищая Родину. И надежды больше не было. Каждый новый день для Вари стал похож на предыдущий, и не было просвета для нее в этой серости. Только иногда находила отклик в сознании общая тревога о том, что немец близко и может добраться до них. Но особо переживать ей было некогда, забот хватало.
Как враги заняли родную деревню, Варя даже не заметила, просто однажды по дороге домой наткнулась на немецкий патруль. Ее увидели. Больше никогда девушка не переступала порог родного дома.
Патрули сгоняли всех жителей работоспособного возраста к железной дороге и грузили в вагоны, куда им предстоит ехать, не знал никто. В душных вагонах без еды и воды, люди гибли десятками, но пленные стояли так плотно, что мертвые не могли упасть на пол и продолжали путь вместе с остальными. На одной из железнодорожных станций людей отсортировали и Ворька попала вместе с другими девушками в поезд, который направлялся в концлагерь Равенсбрюк в Германии, об этом она узнала уже в пути от одной из заключенных. В концентрационном лагере ей предстояло трудиться на одном из производств.
В Равенсбрюк прибыли ранним утром, солнца еще не было видно, но уже было достаточно светло, чтобы можно было разглядеть надзирателей, колючую проволоку и страшных злых собак, которые были готовы сорваться с поводков на бедных запуганных женщин. Выпуская из вагонов, каждую пленницу записывали в специальный реестр и присваивали номер, который потом выбивали на руке заключенной.
Варю вытолкнули из вагона, не удержавшись на ногах от слабости, она упала на четвереньки. Женщина-надзиратель подняла ее за ворот платья и толкнула к столу, где проводили записи, но на вопрос «имя?» Варя ничего не ответила. Она слышала лишь шум в ушах, а перед глазами все кружилось, слишком долго она не ела. Солдат, стоявший рядом уже замахнулся автоматом, чтобы ударить прикладом по спине, когда женщина, шедшая сзади сказала:
- Ворька, ее зовут Ворька Новакова.
Но имени Ворька переводчик не знал, и девушку записали Ольгой.
Варя долго не могла привыкнуть к новому имени, но научилась откликаться и на него, получив пару наказаний на перекличке за молчание. Другие заключенные говорили ей:
- Теперь ты Ольга! Запомни!
И она запомнила.
Много дней девушка провела в плену и пусть это нельзя назвать удачей, но все же она не стала подопытной для научных исследований, проводимых в Равенсбрюке, не умерла во время эпидемии тифа и не погибла перед освобождением, когда надзиратели начали расстреливать пленных. Девушка так радовалась приходу Красной Армии и даже не подозревала, какие еще испытания готовит ей судьба. А их будет немало.
Продолжение здесь
Начало здесь