«Старый дед Архип под конец своих дней совсем умом тронулся» - так про него говорили в селе.
Он был совсем небольшого роста, худощавый. Семья его военные годы застала, все на войне полегли, братьев расстреляли, а вот сестру немцы забрали. Маленького Архипа бабушка и забрала жить. По молодости даже он даже женат был. Только вот жена от лихорадки сгорела. Сыновей тёща на воспитание забрала, так как Архип сильно горевал по своей Катюше, да и сам не знал, как ухаживать за маленькими детьми.
Дед Архип был сельским пастухом. Охраняла пастуха его собака Найда. Всё село любило странного и доброго деда. Ведь дед всех коров по кличкам знал. Он и мухи не обидит. Обычно коровы от пастухов знали только злой тон и раздражение, а от разговорчивого деда они получали внимание и ласку, и надои молока давали хорошие. Поэтому доярки не были против деда, а наоборот, знали, что погладь он своей доброй рукой корову, и молока больше будет.
Пришли они как-то и видят, сидит дед вдали, да и нашёптывает своим скрипучим голоском что-то себе под нос, а нет, это он с птичками говорит. Во всём селе к деду относились очень хорошо, знали - человек с чистой и прекрасной душой. Даже местная примета ходила: угостишь Архипа на свадьбе, да и жизнь молодым будет! А на дне рождения, так у именинника год будет прекрасным! Никакого спиртного он не одобрял, с мужиками не сидел. Любил пить компот, да кисель. Все пытались быстрее Архипа к себе зазвать, ведь как говорят: в деревне два праздника не отмечают.
Дом у Архипа был на окраине, очень добротный. Ведь семья большая была. Так что жить ему было где. А вот что по хозяйству внутри было, никому не известно. Правда приезжала свекровь с сыновьями - чтобы с отцом повидались, да к матери на могилку сходили. Только вот потом, когда сыновья выросли, всё реже стали навещать отца. Сначала раз в год, потом через год, а бывало и больше. И нет, это не потому что они его забыли, а так как разъехались все. Кто куда, у кого работа, у кого семья, кто-то далеко забрался.
В последний год жизни Архип попросил на кладбище, оно рядом было, два креста поставить. Никто не понимал почему два. Ладно один, но второй кому? Дошла эта новость до местного губернатора. Тот не смог деду отказать, так как в местные приметы верил, да и наслышан был о большой и светлой душе Архипа. Дед ему показал где он хочет кресты поставить:
- Да понял я, Архип, понял. Попрошу мужиков, выстрогают они тебе кресты, как скажешь!
Слово губернатор сдержал. Кресты были готовы. Мужики, которые их делали, тоже к деду хорошо относились. Дотащили, поставили. Архип подошел к одному из них, сел рядом, да реветь начал, что мужикам аж неловко стало. Все гадали, кому же второй крест поставлен? Многие думали, что по Катерине своей скучает. Цветы носит, ромашки.
Прошло лето, а весной совсем слабый стал. Соседка Фроловна поесть ему носила, по хозяйству помогала. Придёт, еды принесет, да смотрит, чтоб всё съел, чтоб помочь от стола до кровати дойти. Потом, так как ходить ему было совсем сложно, подвинула Фроловна стол к кровати, чтоб тот не вставал. Приносила еду в посуде, оставляла, на утро меняла. Через какое-то время, замечала, что еда совсем не тронута. Видимо деду совсем не много осталось. В один из дней он ушёл из жизни. Только вот все были в недоумении, как это в таком состоянии, в последние минуты, он умудрился до крестов до своих добраться. Коленки были в земле, вот сила воли у него была, что из последних сил, видимо, на четвереньках полз. Отмыли деда, переодели, да положили, куда он просил. Переживали все, как теперь животина без доброй руки, да что с домом будет. Толи окна заколотить, чтоб не повыбивали…
«Наши то не тронут, а вот другие» - переживая, говорила Фроловна. Да не переживайте, губернатор уже всем родственникам телеграммы дал, успокаивали её.
Приехали сыновья Архипа. Кто-то уже с внуками, у кого-то уже внуки с невестами. Решили они все дом не трогать пока, не продавать. Все-таки дом родительский, пусть стоит пока. Остался в нём внук Виталик, со своей невестой Люсей. Люся сама была деревенской, не могла привыкнуть к городской жизни, поэтому атмосфера была ей как раз по душе. Они решили, что и перестановка не помешает, начали наводить порядок. Отец Виталика согласился помочь с мебелью. Жители деревни отнеслись к новым соседям хорошо, приняли, так сказать. Видели они - какая пара хорошая, искренняя. Видели - как Виталька на Люську смотрит. Говорила прям как дед его на его бабушку когда-то..
Принялись молодые обустраиваться, начали вещи разбирать. Скрипучая Архиповская кровать молодоженам не подойдет, вынесли её в сарай. Начав разбирать шкаф, так как у деда было совсем немного вещей, только самое необходимое, большего ему и надо было, сразу же заметили пару ситцевых платьев, видимо он их хранил в честь памяти бабушки, и что-то завернутое в старый платочек. Там были старые, выцвевшие фотографии, на обратной стороне выведено место и дата. Пара села рассматривать фотографии. Виталик, смотря на фотографии выронил фразу: -
«Да мой же дед здесь совсем мелкий..»
а Люся сказала: «да, как он так.. всю семью пережил..», повесили они снимки в рамки.
Наводя порядок в доме, принялись за висящий на стене ковер. Висел он там достаточно странно, не для тепла по видимости, ведь висел он вертикально. Ковер был приколочен гвоздями, не смогли они отодрать его. Пришлось сходить за инструментом, чтобы гвозди вытащить. Сняли ковер, под ним был кусок фанеры. Отодвинув его, они обнаружили дверь, старую, пыльную. Немного ожидая, остановились и тут как раз вошел отец Виталия:
«Что вы там встали-то?» - сказал он.
Отпирать дверь начали все вместе. За дверью была комната, совсем маленькая, в метр-полтора размером, больше похожая на чулан, вся в паутине, окон там не было. Но вот что было там ещё, повергло всех в шок. Люся от увидено хотела завизжать, но у нее даже не хватило сил на это, ведь в центре стоял стул, рядом с ним рация, а на стуле откинувшись, сидел скелет, одна рука была на животе, держа полевые ромашки.
Как оказалось, это была старшая сестра деда Архипа. В годы войны, она помогала партизанам, была радисткой. Видимо, в последний приход домой, хотела передать последнюю радиограмму, до того, как пришли фашисты и бабка заколотила её. Видимо, это были те последние полевые ромашки, которые принёс ей младший брат Архип. Найдя сестру, положили они её рядом с её братом. Теперь все поняли, кому был второй крест. Через какое-то время начали собирать деньги им на памятники, ведь все понимали, что если бы не их героические поступки, то никого бы из них не было. Ведь дед Архип тоже герой, столько лет такую тайну держать. Рядом с сестрой Люся посадила куст ромашек. Но пара не съехала, несмотря на такие события. Отец Витали предлагал им переехать, но они отказались. Люся говорила: «А что здесь такого? Они же герои! Да и в призраков я не верю. А даже если так, то ничего плохого мы им не сделали, даже наоборот!», да и Виталик был согласен с ней. Но остаться им там все-таки не удалось. Их домом заинтересовалась делегация. Предложила им новое жильё, а дом сделать под музей. Пара согласилась, ведь как выяснилось, сестра Архипа, была известная молодая радистка.