Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Жизнь в семье фабричных

Внучка ворожеи. Рассказ. Часть 33 Начало здесь Потянулись однообразнные дни, полные хлопот о детях, о чужой семье. Фактически Настя была в работницах у Пелагеи. Утром к семи по фабричному гудку хозяйка уходила в ткацкий цех, на работу спешили и Афанасий с Васькой. Афанасий был набойщиком в красильном, а Васька вместе с напарником, таким же четырнадцатилетним пареньком, работал уборщиком в прядильном цеху, они выметали из-под станков горы хлопковых очёсов, свозили их в кучи, потом они шли на производство технических тканей. Работа в любом цеху была очень вредной, в воздухе постоянно висела пыль, сильно страдали лёгкие. В красильном-набивном едкие испарения краски и частые ожоги рук щёлочью были нормой. Настя в это время ухаживала за ребятами, стирала на всю семью, следила за порядком. Работники возвращались поздно, ужинали и ложились спать. Часто за ужином выпивали. Девушку никто не обижал, но такая жизнь всё равно была для неё каторгой. Она вспоминала тяжёлые времена
Оглавление

Внучка ворожеи. Рассказ. Часть 33

Начало здесь

Потянулись однообразнные дни, полные хлопот о детях, о чужой семье. Фактически Настя была в работницах у Пелагеи. Утром к семи по фабричному гудку хозяйка уходила в ткацкий цех, на работу спешили и Афанасий с Васькой. Афанасий был набойщиком в красильном, а Васька вместе с напарником, таким же четырнадцатилетним пареньком, работал уборщиком в прядильном цеху, они выметали из-под станков горы хлопковых очёсов, свозили их в кучи, потом они шли на производство технических тканей. Работа в любом цеху была очень вредной, в воздухе постоянно висела пыль, сильно страдали лёгкие. В красильном-набивном едкие испарения краски и частые ожоги рук щёлочью были нормой.

Настя в это время ухаживала за ребятами, стирала на всю семью, следила за порядком. Работники возвращались поздно, ужинали и ложились спать. Часто за ужином выпивали.

Девушку никто не обижал, но такая жизнь всё равно была для неё каторгой. Она вспоминала тяжёлые времена, когда они с бабушкой скитались по чужим людям. Сейчас фактически было то же самое. За кусок хлеба и ночлег, Настя была прислугой в этой семье.

Выхода она не видела, идти ей было некуда. И очень переживала Настя за бабушку. Наверняка та отправилась её, Настю, искать. Но куда? Теперь девушка очень корила себя за тот свой поступок. Как могла она довериться почти незнакомому человеку, бежать с ним, оставить бабушку - единственного родного человека. Теперь, наверное, ей суждено провести всю жизнь в бедности, в чужих обносках, полуголодной.

Изредка от этих мыслей её отвлекал Аркадий. Он приходил раз в две недели в воскресенье , и Пелагея отпускала Настю ненадолго погулять с ним.

фото из личного архива
фото из личного архива

Они ходили по бульвару, разговаривали о жизни. Аркадий увлечённо рассказывал Насте о борьбе мирового пролетариата за свои права. Настя ничего не понимала, но вежливо слушала. Ещё ей казалось, что борьба эта может очень повредить Аркадию . Она не знала как, но видела, что его поглащает какая-то тёмная масса, именно в те моменты, когда он возбужденно говорит о "проклятом царизме ", "эксплуататорах", "экспроприации".

Она пыталась предупредить его, рассказать о том, что чувствует беду именно с этой стороны. Но Аркадий снова отмахнулся от "предрассудков деревенских колдунов", но однако согласился, что дело это секретное, болтать с кем попало о нём нельзя.

Однажды, проходя мимо большого пустыря, они увидели, как рабочие устанавливаю большой шатёр. Рядом на афишной тумбе висел плакат - "Цирк Андрионетти. Воздушные гимнасты, клоуны, эквилибр, фокусы и прочая. Во втором отделении проездом из Монте Карло знаменитый прорицатель и маг - Драгон Ауретти. "

-Настя, через неделю Пасха. Отпросись у Пелагеи, пойдём в цирк.

Настя никогда там не была и охотно согласилась.

Продолжение