ГЛАВА ТРЕТЬЯ. БЕГЛЕЦ.
7 марта 2023 года.
Красноярск.
Октябрьский район.
Снегоход ловко огибал мрачные пустые дома и полосы дороги, забитые ржавеющей техникой. Снегопад продолжался всю ночь и под утро, когда на восходе показалось солнце, ударил мороз. Вся активность немногочисленных обитателей, кое-как переживших лютую зиму и нашествие тварей сводилась к задачам простым и понятным. Добыть топлива для костров и буржуек, а если повезет - разжиться пропитанием. Голод и холод. Торчат из-под снега пни - деревья повырубили еще в прошлую, Черную Зиму, когда город умирал от радиации и бесконечной войны банд - теперь, изрядно сократившееся население спасалось от низких температур и лап голодных продуцентов. Мутанты притихли, спустившись в старые коллекторы и теплотрассы - и горе было местным бомжам и доходягам, ибо под землей война продолжалась, принимая новый, страшный оборот.
С востока тянулись ниточки немногочисленных групп ополчения и сталкеров - НТИ, обескровленная войной и блокадой, все же стремилась как можно быстрее отбить завоеванное прошлой весной и летом.
Если бы речь шла о восстановлении с нуля, из Ядра никто бы и нос не высунул, приняв неизбежное. Но в ходе конфликта с мутантами, которых оттянуло загадочное излучение далеко на восток, по ту сторону незамерзающего Енисея, здесь, в бывшей географической столице Сибири уцелело много полезных и верных людей. Кассад прекрасно помнил, как запыхавшийся от напиравших эмоций Альт бодро тараторил о сотнях - если не тысячах лояльных Комитету обитателях подвалов и кое-как отапливаемых домов, о крупных общинах и коммунах в предместьях, которым до чертиков надоели поборы и беспредел распоясавшихся бандитов...
Внутренний круг в очередной раз поставил на карту все. В город отправили ветеранов - уничтожать уркаганов и отмороженных местных выживальщиков, настроенных крайне враждебно. Ну а твари подвернулись весьма кстати - кто-то высказал идею включить на ладан дышащий генератор и направить волну выродков, обеспечив тактическое преимущество. Мера жестокая, подлая — вот только некуда деваться.
Операция по очистке транзитных станций Транссиба на участке Камарчага - Минино, стартовавшая 10 февраля и занявшая ровно восемь дней, принесла первые положительные результаты. С востока пер вал недобитков - целых два дня поток продуцентов, подобно грязному, серому фонтану, окропил кровью девственный снег города, а следом шли мобильные группы на внедорожниках и снегоходах, прикрывая на марше три тепловоза с техникой и личным составом. Пока спецы Лазаря хватали рентгены в районе Шинного моста и КрасТЭЦ, демоновские диверсанты на бис повторили свой прошлогодний подвиг, захватив под контроль автомобильный и железнодорожный мосты. Забуксовал крестовый поход только в районе Белых Рос - националистическая братва и примкнувшие к ней бородатые гоблины с повадками гопников из 90-х, удержали эпично разросшийся квартал новостроек, вот только дальше им полностью перекрыли кислород - фаустовская шарага, используя старые наработки, подогнала партию отравляющей химии, после чего Бергер, лишенный угрызений совести, отдал команду травить набережных небритых клопов...
Дальше все как-то единым паззлом сложилось - Вокзал, Николаевка, Путепровод, Бугач, телевизорный парк и район БСМП - все лакомые куски упали в металлическую ладонь авторитарной диктатуры, невероятно живучей, злой и решительной. Все было предельно просто - выращенное в теплицах Ядра, Балая, Заозерного и отбитого у бандюков Громадска продовольствие (под шумок распечатали неприкосновенный запас из Росрезерва), топливо, патроны и минимальное медицинское обслуживание сделали свое дело. За пайки и фармакологию говорят, до сих пор драки продолжаются, ну а некоторые, скрипя зубами, берут тех-комовские патроны, которые регулярно дают осечку, стоят дорого и широкий ассортимент калибров не предполагают - а других нет и не будет, или отжал кто порасторопней и банчит нынче, почивая на лаврах где-нибудь в районе Академгородка, где по слухам, священник-педофил малолеток голыми на мороз гоняет силки для рыбы ставить - и плевать, что рядом рыщут помойные собаки целыми стадами, и точно такие же помойные оглоеды, успешно потерявшие человеческий облик...
Кассад все это время молча выполнял грязную работу. И лишь ненадолго - дней на пять - отбыл в Ядро, где меланхолично отсиживался в теплом бункере, пересчитывая свежие зарубки на прикладе автомата.
А потом все как-то слишком быстро завертелось. Сначала боевая тревога, пять часов блужданий вдоль трассы по следу снегохода, потом ползанье впотьмах по заснеженному лесу под волчий вой, ну а напоследок - брошенная деревня, где упоротые людоеды творили адский кутеж.
Кровь, насилие, огонь. Вишневский от зачистки открестился, а вот Стуков, Ерохин и кажется, ушлый до таких дел Гена Небесов очень вовремя оказались и к месту, устроив фирменный косплей фаершоу группы Раммштайн образца начала нулевых годов.
Возвращаться героями? Сейчас, разбежались. Командировка на тринадцатый кордон по надуманному поводу. И черт его дери, волчий билет за неведомые косяки. Впрочем, может быть и не такие неведомые. Кто он, этот чертов Леха Бор? Откуда? И главное - почему, ешкин дрын, никто не отвечает на запросы по радио? Что в Ядре? Неужели опять бунт среди лесорубов или очерденое бергеровское головотяпство?
Кассад поправил шлем и добавил скорости, выезжая с эстакады на Николаевский мост. Липовая ксива действует, два раза патрули пропустили - пропустят и в третий раз. Осталось недолго - добраться до перевалочной станции на правом берегу, уломать взять с собой на ближайший рейс - по хрен, хоть товарняк, хоть дрезина, хоть чем черт не шутит - на колесный транспорт, и до Камарчаги, а дальше...
Стоп. Он ведь уже однажды ехал этим маршрутом. Не просто ехал - двигал на своих двоих, и дело было крайне паршивое. Сначала - жуткий ураган, дождь со снегом, тучи до горизонта и повышенный фон, а позже...
Позже его, еле живого, подобрали какие-то местные поселенцы. Мужик крепкий - лет сорок, руки-ноги на месте, вроде не бандит и не урка беглый, того и гляди, рабочие руки всем нужны. Так и ныкался, пока не осознал, что стремно жить в статусе батрака-разнорабочего при его-то талантах!...Это ж надо - из-под Томска в Судный день удрать на восток, насмотревшись на тамошние ужасы в первые недели, пока вояки не ослабили кордоны на въездах в город. И да, на своих двоих, а где-то и на отжатом транспорте, пятьсот с гаком кэмэ до западных окраин Красноярска, аккурат к началу Черной зимы, когда небо еле-еле рассеялось, а на улице вповалку трупы лежали с разной степенью разложения. Пришлось забить на самое элементарное и тупо выживать. И он выживал - как мог. Грабеж, насилие, мародерство, пьянки с обитыми корешами-попутчиками и наконец, роковая ночь в марте, когда из обитателей его хибары он единственный смог дотянуть до рассвета. Паленая самогонка сделала свое грязное дело, три крепких мужика со следами обморожений на лицах и руках отправились в верхнюю тундру кормить червей, а он, волею судьбы, имевший изрядную толерантность к синьке, весь покрытый собственной блевотиной, полз по белому снегу, страдая от жуткой головной боли, беззащитный и ослабший...
Окрик, сигнал прожектора. Укрепление возле моста - огневые точки, баррикада из автомобилей и куски арматуры, густо утыканные в серые мешки. Кассад снизил скорость, подойдя вплотную к ржавому шлагбауму. Усатый фуфел в бушлате проверяет документы. Пришлось поднять щиток шлема и показать бороду. Минута, две - все в порядке, проезжай.
Память, чертова память. Вот так. Из эшелоновских номеров - в разбойники. Из рейдеров - в сталкера-выживальщики. Потом - безрадостное существование и слепой рывок на северо-восток, где по слухам, особо продвинутая движуха творилась с прошлой осени. Все-таки Бергер, Юзеф и Альт постарались на славу, жизнь обрела смысл, появилась тяжелая, сложная, но невероятно увлекательная работа - и впервые в жизни, Иван Сергеевич не будем говорить какая фамилия, четко осознал свое место, обретя в душе долгожданную гармонию...
А вот мир умудрился треснуть и на этот раз. И расхлебывать придется по полной. Но для начала - разобраться в мутной, запутанной истории.
Снегоход летел по свежему снегу на восток, миновав полотно моста и протяженную подъемную эстакаду. Правый берег - позади черные воды Енисея и костяки недостроенных высоток, облезлые буквы "Енисейская Сибирь", свист ветра и белый снег. До контрольной точки от силы километр и патрули явно из местных, мало знавших о художествах кассадовского отряда, снискавшего сомнительную славу там, за громадой широкой горной гряды, в царстве снегов, леса и скромных деревушек вдоль бесконечной трассы, что пронзала континент с запада на восток...
Движок болезненно захрипел. Снегоход снизил скорость и уперся в бетонную чушку возле ржавых гаражей. Кассад чертыхнулся.
- Твою мать, Гарик, - Кассад от досады ударил кулаком по бензобаку. - И че теперь делать?
На часах было без пяти минут полдень. Выругавшись, потоптавшись вокруг транспортного средства и наконец, взяв себя в руки, Кассад влез в лямки рюкзака. Автомат перехватил ремнем так, чтоб удобно висел на груди. Рассовал по карманам разгрузки запасные магазины, достал из подсумка респиратор со сменными фильтрами, включил счетчик Гейгера и отхлебнул из фляги настойки. Дело за малым - поплотнее зашнуровать ботинки, застегнуть молнию утепленной куртки и не забыть про опознавательные патчи на руках. Готово. Свериться с картой. До блокпоста меньше километра, дальше только станция Енисей и зона активности бородатых клопов с Ярыгинской набережки. Ч-черт...
Так он и побрел вдоль заснеженной магистрали, а в щиток шлема бил холодный ветер со снегом. Выли бродячие псины - рядом все еще стояли, хорошо занесенные снегом, коробки частного сектора у подбрюшья холмов, перетекавших в известный всему миру национальный парк, где судя по рассказам местных, притихшая было дичь, усиленно плодилась, иногда забредая в опустошенный город.
Сотня метров, вторая, третья...Все больше на снегу следов от ботинок и колес, все больше мусора и продуктов жизнедеятельности. А вот и блокпост - бывшая станция Енисей. Вдоль путей бочки с дровами, подходы перекрыты бетонными блоками и перевернутыми авто, путепровод так вообще, отдельная история - три пулеметных гнезда. В вагонах и застывших тепловозах размещены сюрпризы и казармы для личного состава. Колючка с банками по периметру, мешки с землей и песком в два ряда, а позади - БТР не на ходу с мощным прожектором на башне, не говоря про пулеметную спарку...
Кассада видели передовые дозоры у моста, но трогать не стали - все опознавательные знаки, включая патчи и маркировку снегохода в оптику дозорные рассмотреть успели, да и не смог бы неведомый персонаж взять и просто так просочиться через линию обороны.
Вот и все. Он стоит в паре десятков метров от огневых точек и держит руки перед собой. Из-за вагонов показалась группа вооруженных людей в белом. Треугольник и три стрелки. Вояки. У старшего - лейтенантские погоны, а значит или кадровик довоенный, или свежеиспеченный юзефовский ставленник, прошедший огонь, воду и медные трубы.
- Не дергайся! - крикнул лейтенант. - Медленно, с вытянутыми руками, ко мне! Петров, Сыров - огонь на поражение если дернется.
- Честь имею, - хрипло произнес Кассад. - Голиков, старший лейтенант, укрепблок Бугач. - и протянул ксиву.
- Голиков... - недоверчиво ответил старший группы. - А чего к нам пожаловал, лейтенант?
- Везу ценное донесение, - Кассад почесал бороду. - Лично в руки.
- А ты в курсе, что у вас на тринадцатом кордоне заваруха? - покачал головой лейтенант. - И всех людей стягивают с окраин? Нет?
- Слушай, как тебя там? - Кассад сжал кулаки. - Мне долго задницу прохлаждать у вас тут на мушке? Можешь под конвоем сопроводить, один звонок - все вопросы решатся.
- Лейтенант Сабуров, - старший достал из кобуры пистолет. - Приказ Вишневского. Арестовывать всех подозрительных лиц до окончания особого периода.
- Режим ноль? - Кассад усмехнулся. - Сабуров, не валяй дурака. Мне нужна связь с "Ядром". Одна минута. И гавриков своих убери, дятел. Ну?
- Не понимает по-хорошему, - сержант со шрамом на щеке подошел к Кассаду вплотную и наставил ствол в голову. - Пакуем, тарщ лейтенант?
- Пакуйте, - Сабуров усмехнулся. - Пусть в отбойнике посидит, разберемся что за фрукт.
Кассад дернулся - и получил прикладом по ребрам. Его тотчас скрутили и отобрали автомат, а после, под конвоем провели на базу, расположенную в здании бывшей станции Енисей.
Так Кассад угодил в каталажку.