В предыдущих статьях я рассказывала о том, как складывалось поэтическое искусство на Арабском Востоке. Напомню, что значительный вклад был внесён персидскими авторами (читайте статьи: Классическая придворная арабо-персидская поэзия и Любовная поэзия Арабского Востока)
Персидские поэты обогатили литературу арабского востока и ещё одним оригинальным поэтическим жанром – рубаи́. Что же это такое? Рубаи – стихотворение философского содержания, состоящее всего из четырёх строк. Собственно само название жанра отражает его форму - слово "рубаи" переводится как «учетверённый». Кстати, для обозначения таких стихотворений во множественном числе употребляют понятие "рубайат".
Характерной особенностью рубаи является его строгая форма. Четверостишие состоит из двух бейтов (это минимальная стихотворная единица арабской поэзии). Каждая строка содержит двенадцать слогов, которые выстраиваются особым ритмическим способом, называемым арузом (арудом). Кроме того конечная рифма рубаи тоже подчиняется строгой системе. Её можно обозначить так: aa ba, или даже aa aa. Очевидно, что переводчики сталкиваются с серьезными трудностями, и допускают некоторую свободу в соблюдении этих правил.
Мир я сравнил бы с шахматной доской:
То день, то ночь… А пешки? – мы с тобой.
Подвигают, притиснут – и побили.
И в темный ящик сунут на покой.
Омар Хайям
Когда и каким образом вообще появились рубаи впервые точно не известно. Однако большинство исследователей склоняются к мнению, что родились они из древнего иранского фольклора. Причём характер таких произведений был сугубо лирическим - они посвящались любовным переживаниям. Затем такая форма поэзии перешла в "профессиональные руки". Выдающиеся мастера словесности значительно расширили содержание, сделав рубаи способом лаконично выразить практически любую мысль, даже философского содержания.
Мы источник веселья — и скорби рудник.
Мы вместилище скверны — и чистый родник.
Человек, словно в зеркале мир — многолик.
Он ничтожен — и он же безмерно велик!
Омар Хайям
Своё лучшее воплощение рубаи получили в творчестве поэта, сегодня имеющего мировую славу - Омара Хайяма (1048 – после 1123). По образованию он был медиком. Часть своей жизни занимался вопросами права и философией. Больших успехов Хайям достиг как математик (им написано несколько трактатов по алгебре) и астроном - он является создателем самого точного, из действующих на сегодняшний день в мире календаря, с 1079 принятого в Иране в качестве официального.
Всю свою жизнь Хайям писал стихи, которыми и обессмертил своё имя. Его короткие творения практически всегда афористичны и ироничны, но за внешней лёгкостью и изяществом скрывается глубокий смысл и своеобразная философия.
Да, в женщине, как в книге, мудрость есть.
Понять способен смысл её великий
Лишь грамотный. И не сердись на книгу,
Коль, неуч, не сумел её прочесть.
Омар Хайям
Более всего широкий круг читателей ценит и любит те рубаи Омара Хайяма, где он воспевает, как главную ценность бытия, земную человеческую жизнь, украшенную весёлым застольем с друзьями и единомышленниками, бокалом ароматного и терпкого вина, а также присутствием прекрасной дамы, одаривающей поэта своей благосклонностью:
Сад цветущий, подруга и чаша с вином –
Вот мой рай. Не хочу очутиться в ином.
Да никто и не видел небесного рая!
Так что будем пока утешаться в земном.
Омар Хайям
Такое вольнодумство средневекового автора, тем более в мусульманском обществе может слегка эпатировать читателей. Однако этому есть несколько объяснений.
Начну с того, что в арабской поэзии с давних (доисламских) времён появился жанр, получивший впоследствии название хамрийя́т ("винная поэзия"). В нём воспевались застольные наслаждения, сопровождаемые испитием вина-хамра (отсюда и название жанра). Одним из виднейших его представителей был Абу́ Нува́с (Абу́ Нува́с аль-Хасан бен Хани аль-Хаками) арабский поэт эпохи Харун ар-Рашида (середина VIII века).
Кроме того, на формирование этого вида поэзии в значительной степени повлияла и доисламская персидская литература, в которой винно-гедонистическая тема занимала значительное место. И действительно, вспомним о том, что рубаи появились именно на территории Персии!
Но и это ещё не всё! Некоторые исследователи склоняются к мнению, что поэзию Хайяма не надо воспринимать буквально. В период, когда он творил многие учёные философы Арабского Востока находились под влиянием суфизма - очень своеобразной мистической ветви ислама.
Суфии не считали обязательными для выполнения многие из предписаний ислама, и жили по своим правилам и обетам. Они верили в возможность непосредственного, прижизненного приобщения к Всевышнему. И потому, самым важным для них был процесс (Путь) любви-познания-воссоединения с Богом. И эта мистическая любовь-познание Всевышнего должна была быть максимально полной, то есть в ней должно было сочетаться и физическое (земное), и платоническое.
Такое служение-чувство невозможно было описать не прибегая к метафорам и символам. Поэты-суфии, к которым, возможно, относился и Хайям, широко использовали иносказания в своих творениях. Исходя из чего строки, описывающие любовные или даже эротические переживания автора могут рассматриваться, как его страсть к бесконечно желаемому, но Недоступному, Недосягаемому - к Богу.
Как полон я любви, как чуден милой лик,
Как много я б сказал и как мой нем язык!
Не странно ль, Господи? От жажды изнываю
А тут же предо мной течет живой родник.
Омар Хайям. (Перевод: А.В. Соловьев)
К таким же символам относится и образ вина. Не секрет, что приверженцы ислама не должны употреблять алкоголь. Однако в поэзии Арабского Востока поэт, вкушающий, или жаждущий испить этот напиток - достаточно распространённая тема.
Благоговейно чтят везде стихи Корана,
Но как читают их? Не часто и не рьяно.
Тебя ж, сверкающий вдоль края кубка стих,
Читают вечером, и днем, и утром рано.
Омар Хайям. (Перевод: А.В. Соловьев)
И опять-таки это метафора. Суфии сравнивают желание вкусить вина с жаждой познания Истины, а состояние опьянения - с эйфорией от приближения к Божеству, подобное эйфории, испытываемой в период влюблённости.
Видит бог: не пропившись, я пить перестал,
Не с ханжой согласившись, я пить перестал.
Пил — утешить хотел безутешную душу.
Всей душою влюбившись, я пить перестал.
Омар Хайям
Поэтому читатели, знакомясь с поэзией такого рода должны рассматривать её в двух уровнях - буквальном и мистическом - кому что по душе.
Спросил у чаши я, прильнув устами к ней:
"Куда ведет меня чреда ночей и дней?"
Не отрывая уст, ответила мне чаша:
"Ах, больше в этот мир ты не вернешься. Пей!"
Омар Хайям. (Перевод: А.В. Соловьев)
Кстати, Хайяму приписывают и рубаи, читая которые, можно предположить, что он был чуть ли не атеистом. В них подвергается осмеянию то, что для правоверных свято, и может восприниматься, практически, как кощунство. Приведу пример:
Вхожу в мечеть. Час поздний и глухой.
Не в жажде чуда я и не с мольбой:
Когда-то коврик я стянул отсюда,
А он истёрся; надо бы другой.
Омар Хайям
Но не спешите с оценкой. Вспомните о суфизме! Ведь суфии считали внешние ритуальные проявления ислама всего лишь обрядом, не приближающим к постижению Бога. Более того, они полагали, что эта формальная сторона отвлекает верующего от настоящего служения-любви-познания, мешает проникнуть в суть Пути, а потому считали её бессмысленной. Именно поэтому в подобных рубаи столько иронии и юмора, но отнюдь не безверия, как может показаться на первый взгляд.
В словах Корана многое умно,
Но учит той же мудрости вино.
На каждом кубке – жизненная пропись:
«Прильни устами – и увидишь дно!»
Омар Хайям
Однако, нужно иметь ввиду, что не все рубаи, приписываемые ныне великому Хайяму, на самом деле являются плодом его творчества. Его стилю подражали многие на протяжении веков. Из более чем 5000 четверостиший подавляющая часть - сочинения эпигонов. Возможно именно такие рубаи являются наиболее смелыми и провокационными по содержанию.
Нам с гуриями рай сулят на свете том
И чаши, полные пурпуровым вином.
Красавиц и вина бежать на свете этом
Разумно ль, если к ним мы все равно придем?
Омар Хайям. (Перевод А.В. Соловьев)
Исследователи сходятся во мнении, что до сегодняшнего дня сохранилось не более пятисот авторских сочинений самого Омара Хайяма.
В учёности - ни смысла ни границ.
Откроет больше тайны взмах ресниц.
Пей! Книга Жизни кончится печально.
Укрась вином мелькание страниц!
Омар Хайям
Так или иначе, каждое четверостишие Хайяма (или приписываемое ему), можно читать и перечитывать, наслаждаясь красотой образов, блестящим юмором, легкой иронией, глубиной мысли.
Если вам понравилась статья, то не забудьте поставить лайк этой публикации и подпишитесь на канал. Здесь вы найдете и другие материалы автора о мировой культуре в полном каталоге статей.
Больше о культуре и искусстве стран Арабского Востока вы можете узнать из следующих публикаций:
Ислам. Кратко об особенностях вероучения
Достижения науки Арабского Востока
Классическая придворная арабо-персидская поэзия
Любовная поэзия Арабского Востока
Рубаи и Омар Хайям
Макамы, адабы и арабские сказки - несколько слов о прозе в Арабском Халифате
Как устроена мечеть?
Классические типы архитектуры мечетей
Альгамбра - жемчужина мавританской архитектуры
Изобразительное искусство исламского Востока
Как развивалась музыка Арабского Востока