Тема перехода красноармейцев на службу гитлеровской Германии подробно проработана и хорошо освещена. А вот ситуации, когда гитлеровцы работали на советскую сторону, остаются в тени. Мы прольём немного света.
Ещё до начала войны
Первые перебежчики от немцев появились ещё до начала вторжения гитлеровских войск в СССР. Их было несколько десятков. Все они называли дату начала войны – 22 июня 1941 года. Но в Москве не верили в эту информацию, потому что по данным разведки, война должна была начаться ещё в мае, но этого не случилось, и дата вторжения несколько раз называлась новая. Сведения от перебежчиков расценили как дезинформацию. Не все перебегали по идейным соображениям, кто-то стремился избежать наказания. Например, 18 июня в расположение 5-й армии Киевского военного округа вышел немецкий фельдфебель, который в качестве причины, толкнувшей его перебежать, назвал страх перед трибуналом за то, что ударил офицера.
Самым известным перебежчиком стал Альфред Лисков. Он перешёл на нашу сторону 21 июня в 21.00 и доложил советским офицерам, что немецкие войска получили приказ атаковать СССР 22 июня. Тридцатилетнего ефрейтора 222-го полка 75-й пехотной дивизии отправили в Москву и позже использовали в антигитлеровской пропаганде. Из-за взаимной вражды с деятелем Коминтерна Георгием Димитровым по доносу последнего Лискова арестовали в январе 1942 года, но летом освободили и отправили в Новосибирскую область, где следы его теряются.
В разгар боёв
Антифашистски настроенные военнослужащие вермахта переходили на сторону РККА даже в самые трудные для Красной Армии времена, даже участвовали в партизанском движении. Документально подтверждены имена, как минимум, Фрица Ганса Вернера Шменкеля и Фридриха Розенберга. Отец Фрица Шменкеля погиб в уличных боях с нацистами, сам он пытался избежать мобилизации, но неудачно. В ноябре 1941 года в Смоленской области перешёл к партизанам. Оккупанты назначили за его поимку крупную сумму и двухмесячный отпуск.
Командование РККА не рассчитывало лишь на сознательность солдат противника и вели пропагандистскую работу. В частности, ещё в начале октября 1941 года 158 пленных подписали «Обращение к немецкому народу». В феврале 1942 года – «Декларация 176», подписанная и офицерами, затем последовал «Протест 115».
Для регулярной работы с перебежчиками, Сталин создал комитеты «Свободная Германия» и «Союз германских офицеров». Последний возглавил генерал артиллерии Вальтер фон Зейдлиц – Курцбах. А заместителем руководителя «Свободной Германии» стал правнук Бисмарка, лейтенант люфтваффе Генрих фон Айнзидель.
В мае 1942 года в Горьковской области открылась Центральная антифашистская школа» (ЦАШ), где обучение занимало три месяца. Потом ЦАШ перевели под Москву. В лагере для пленных No165 в Ивановской области создали Центральные антифашистские курсы.
Сталинградская битва привела не только к перелому в войне, но и к пленению самого высокопоставленного немецкого офицера – фельдмаршала Фридриха Паулюса. Чин он получил, уже будучи в окружении, что было равнозначно приказу о самоубийстве – германские фельдмаршалы в плен не сдавались. Паулюс нарушил традицию. В дальнейшем он охотно сотрудничал с советским командованием.
Советская сторона провела 2,7 тысячи радиопередач на немецком языке, в том числе, с участием пленных немецких офицеров и самого Паулюса.
Есть легенда об участии военных частей, сформированных из пленных немцев, против гитлеровских войск. Никаких документальных подтверждений этому не найдено. Скорее всего, сформировать из немцев что-то подобное власовской РОА не удалось, что не исключает участия в боевых действиях на стороне РККА отдельных бывших военнослужащих вермахта.
