Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Воспоминания Бекетова Ивана Куприяновича.

Отец Куприян Павлович, 1870 года рождения, уроженец с. Большой Нарын, беспартийный, образование среднее, окончил Троицкосавское реальное училище. До Гражданской войны работал станичным волостным писарем. В 1917 году трудился на Коковинском шубно-овчинном заводе, здесь и застала его революция. Ещё он работал в каком-то комитете, откуда был направлен в Читу. Когда начал наступление атаман Семёнов, приехал домой в Большой Нарын. Из дома ездил на съезд в Троицкосавск. После ухода Н.А. Каландаришвили отец ушёл в тайгу. Вскоре после этого к нам домой ночью пришли белогвардейцы, арестовали и увезли в Харацай, где продержали двое суток. Потом мне тоже пришлось уйти в лес и скрываться вместе с отцом. Ночами приходили в Нарын за продуктами. Вместе с отцом скрывались Кузнецов Николай Павлович, Леонов Фока Гордеевич. Позже к нам примкнули дезертиры из семёновской армии, их было человек 10, среди них Аксентьев с сыном. Как-то бандиты из карательного отряда решили застать врасплох отца. В перестрел

Отец Куприян Павлович, 1870 года рождения, уроженец с. Большой Нарын, беспартийный, образование среднее, окончил Троицкосавское реальное училище.

До Гражданской войны работал станичным волостным писарем. В 1917 году трудился на Коковинском шубно-овчинном заводе, здесь и застала его революция. Ещё он работал в каком-то комитете, откуда был направлен в Читу. Когда начал наступление атаман Семёнов, приехал домой в Большой Нарын. Из дома ездил на съезд в Троицкосавск.

После ухода Н.А. Каландаришвили отец ушёл в тайгу. Вскоре после этого к нам домой ночью пришли белогвардейцы, арестовали и увезли в Харацай, где продержали двое суток.

Потом мне тоже пришлось уйти в лес и скрываться вместе с отцом. Ночами приходили в Нарын за продуктами. Вместе с отцом скрывались Кузнецов Николай Павлович, Леонов Фока Гордеевич. Позже к нам примкнули дезертиры из семёновской армии, их было человек 10, среди них Аксентьев с сыном.

Как-то бандиты из карательного отряда решили застать врасплох отца. В перестрелке отец убил одного казака и ранил второго. После этого меня начали преследовать, и я вынужден был уйти к отцу совсем.

Семью, оставшуюся в Нарыне, арестовали. Жену мою и мать увезли в Харацай, дом опечатали. Нам стало трудно доставать продукты. Кузнецов, Леонов и все дезертиры ушли в город. Черкасов и Зайцев тоже ушли и где-то скрывались, но были арестованы. Из Харацая им удалось сбежать, и они вынуждены были уйти на житьё на заимку в Хулдат. Лютер прознал об этом, решил их захватить. В перестрелке, понимая, что им не уйти от бандитов, последние патроны они выпустили в себя.

Когда мы пришли с отцом к дяде Егору, здесь нас арестовали и увезли в Кяхту. Военно-полевой суд приговорил отца к расстрелу. В августе 1919 года приговор был приведён в исполнение. Мне было определено 20 лет каторжных работ, дяде Егору за укрывательство дали 15 лет каторги. Нас заковали в кандалы и отправили в г Верхнеудинск. Здесь мы находились до освобождения города красными партизанами под командованием Ивана Львовича Ковалёва, Асеева и Чевьюрова.

Домой, в Большой Нарын, мы возвращались пешком. Здесь некоторое время я работал продагентом.

В 1921 году принимал участие в борьбе против Унгерна. После его изгнания вернулся в свой дом, но хозяйство наше пришло в упадок. Дом пришлось продать и выехать в с. Кырен Тункинского района.

И.К. Бекетов с. Кырен. 1967 г. Из материалов Мельникова И.Д.