У Полины и ее мужа скоро должен был появиться ребенок

— Ты же знаешь, мы бы никогда… Я правда не думала, что это… — Она умолкла, собираясь с мыслями. — И я не знаю, как мы с Лизой будем теперь жить. Как я смогу ее бросить?

Им показалось, что они друг друга поняли.

В доме горела свеча. В ее свете Лиза разглядела свое отражение в зеркале и удивила себя собственной бледностью.

— Ты выглядишь не так уж плохо, — сказала Полина. — С каждым днем ты все лучше.

Лиза молча кивнула.

Она вернулась в постель. Ей было холодно и тяжело.

«Я люблю его, — думала она. Лица родителей — родителей ее мужа. Твари, воспитанной чужим детенышем. Тварь, радующуюся жизни на чужих костях. Меня тошнит от них».

Он сидел, прислонившись спиной к стене. Когда ей надо было заговорить, она поднималась, принималась ходить по комнате, поглядывая на него. Дура. Как всегда, впрочем. «Я должна уметь драться! — с раздражением думала она, борясь со страхом, который все сильнее охватывал ее. — Уметь убивать. Черт, как я не подумала об этом раньше? Почему я не смогла убить Яна? Он всего лишь хотел развлечься… Но он хотел развлечь меня. А я — тварь, радующаяся жизни… Он не ошибся, когда решил, что я могу быть ему полезной. Меня никогда не любили. Я должна стать другой. Я не могу уже быть такой, как раньше. У меня нет ни семьи, ни друзей. Все в прошлом. Все — в прошлом».

Горе, причиняющее боль, оставило ее, и Лиза чувствовала облегчение, однако долго еще не могла заснуть.

А потом он сказал ей, что все кончено. Что они должны расстаться. Лица Полины, Василия, ее матери были перед ней.

Позже она узнала, что Яна застрелил сын Полины. Он был готов убить и его, но того спасло только то, что он оказался сильнее Яна, а выстрелить не решился.