Она шла и думала о том, что пора что-то изменить, иначе она просто задохнется от тоски, которую испытывает и от тревоги

— Можно мне взглянуть на твою анкету?

Она подняла глаза и тут же их отвела.

Он улыбнулся:

— Конечно, можно.

Она прошла за ним в комнату и опустилась на стул.

Когда она несколько раз перечитала бланк, то вдруг почувствовала, что внутри у нее все сжалось, и она перестала дышать.

— Это все?

— Все, — ответил он. — Я уже заполнил бумаги, и все просто замечательно!

— А ты, — спросила она, поднимая на него встревоженные глаза.

Проверил ли он анкету второй раз?

Нет! Он этого не сделал. Она была уверена в этом! Проверив анкету, он не стал ее перепроверять!

Да и какой смысл? Ведь он уже все выяснил.

Взгляд у него был виноватый, и ей стало жаль его.

Казалось, вся его решимость иссякла.

Предупреждали же его, что будет трудно. Но он и слушать не хотел.

Вот и кончился тот славный вечер.

Они долго стояли рядом, повернувшись лицом к стене.

Потом он медленно направился к дверям.

-Ты куда? — встревожилась она.

Но он не ответил.

И она тихо окликнула:

— Джек?

Он обернулся, а потом быстро направился по коридору.

Остановился у одной из дверей и повернул ручку.

Отступил на шаг и напряженно прислушался, но все было тихо.

Дверь была закрыта.

Тогда он помедлил еще несколько секунд, потом вышел и закрыл за собой дверь.

А потом она услышала, как щелкнул замок.

Наверное, он ее больше никогда не увидит.

В груди у нее было пусто, и сердце билось в унисон со стуком собственного сердца.

Джек обнял ее за плечи и привлек к себе.

Это был долгий страстный поцелуй.

Ей хотелось прижаться губами к его шее, хотелось остаться с ним навечно, но она положила голову ему на грудь и, закрыв глаза, прислушивалась к его сердцебиению.

Ждать было мучительно долго, но, когда он отпустил ее, она облегченно вздохнула.

Потрепанная временем стена величественно поднималась кверху, она как бы вырастала из пола.

Намного легче стало дышать. Она устало улыбнулась.